Родители и те ласково называли «ходячим несчастьем».

Но в тот день я побила собственный рекорд неудач. На меня обрушился прямо-таки водопад несчастий. Еще и дождь пошел. Поливало так, будто у ангелов на небе разом прорвало все трубы.

Люди попрятались, и я сидела одна на остановке. Было темно и сыро, но вдруг сбоку от меня на лавке что-то блеснуло.

Я резко повернулась и застыла от удивления. Перо. Длинное, с мою руку. Нереально красивое — золотое с алыми всполохами, словно объятое пламенем. По форме похоже на павлинье.

Я представила одинокого павлина под дождем, теряющего перья. Стало так тоскливо. Хоть беги его спасай.

Не знаю, что на меня нашло, но я потянулась к перу. Желание потрогать его было нестерпимым. Оно зудело на кончиках пальцев. Никогда я ничего так не хотела, как этого.

В общем, я это сделала. Окончательно обнаглев, коснулась кончика пера.

— Ох! — это было как удар током.

Разряд прошел сквозь руку и достиг сердца, заставив его сбиться с ритма.

Обычно в таких ситуациях люди отдергивают руку. Это заложено в нас природой, инстинкт, спасающий жизни. Вот и мне следовало… но я не смогла. Пальцы как приклеились к перу.

Руку жгло, сердце оглушительно колотилось в районе горла. А тут еще перо начало светиться. Я будто посмотрела на солнце. Нестерпимо яркое, режущее глаза, отбирающее способность видеть, и не было ни единого шанса отвернуться.

Все вокруг затопило золотое свечение. На глаза навернулись слезы, и я часто заморгала, пытаясь вернуть зрение. Зато наконец смогла оторвать руку от пера. Тут же вскочила на ноги и застыла, вспомнив, что неподалеку дорога. Не хватало еще выбежать на проезжую часть, где меня собьет машина."

"Секунда-другая полной дезориентации, а потом зрение начало потихоньку возвращаться. Яркий свет померк, и я разглядела перед собой смутный силуэт. Кажется, мужской. Не бывает таких высоких и широкоплечих женщин. Даже среди бодибилдеров.

Еще до того, как зрение окончательно прояснилось, я ощутила на своем затылке ладонь. Она держала мою голову твердо и властно. Мужчина стоял неприлично близко. А как же личное пространство?

Я попыталась отдалиться, недовольно буркнув:

— Отпустите.

А затем услышала те самые слова:

— Мне придется тебя поцеловать.

Что?! Не нравится мне начало этого разговора…

Глава 2. О смертельно опасных поцелуях

Что за манера — чуть что, сразу целоваться? Я, может, против! Особенно почему-то обидело слово «придется». Будто он себя в жертву приносит. Прямо Матросов, бросающийся грудью на амбразуру. Придется ему поцеловать, видите ли.

Так, стоп. Откуда мужчина вообще взялся на остановке? Только что я была здесь одна, если не считать странное перо.

Эти мысли пронеслись в голове за долю секунды, а потом незнакомец претворил свои слова в жизнь.