Тот, у кого холодные ладони, и есть душегуб.

— Вообще-то я не сама упала, меня толкнули, — заявила я, проверяя их реакцию.

— Это все проклятие, — дядя подозрительно быстро нашел на кого свалить вину.

Я не стала спорить. Вместо этого наклонилась и взяла за руку Верону. Она еще не пришла в себя, так что коснуться ее было проще всего. Но ее ладонь была теплой. Значит, не она.

— Можно мне воды? — попросила я вторую сестру.

Та наполнила чашку из графина на столике. Забирая у нее чашку, я дотронулась до ее руки и ощутила тепло. Что ж, это не сестры. Но они и не были главными подозреваемыми. Дядя — более вероятная кандидатура. Это он получит кучу монет после смерти племянницы.

И снова пригодилась чашка. Отпив немного, я протянула ее не Веноне, а дяде. Он на автомате потянулся ее забрать, и тут я вцепилась в его руку.

И снова теплая. Не может быть! Разочарование было невероятно сильным. Ни один из них.

— Я пойду в свою комнату, а? — попросила я, ощутив навалившуюся усталость.

Никто почему-то не решился ответить. Я бы сама встала и ушла, но вот засада — я не запомнила дорогу до спальни. Уж очень много было поворотов. Мне снова нужен провожатый. А просить кого-то из присутствующих желания нет.

Меня спасло появление женщины лет семидесяти — старушки с морщинистым лицом и добрым взглядом.

— Эльвенг, девочка моя! — всплеснула она руками. — Что с тобой приключилось? Идем, я позабочусь о тебе.

— В самом деле, ступай с няней, — кивнул дядя. Кажется, он хотел поскорее от меня избавиться.

А я была рада уйти. Так что без вопросов пошла с женщиной, которая, по всей видимости, приходилась мне няней.

Вскоре мы с няней снова стояли на пороге спальни Эльвенг, но я заходить не торопилась, помня о жуткой псине с красными глазами.

Няня открыла дверь и вошла первой. Ей навстречу с оглушительным тявканьем бросилась болонка. Надо же, жива. А я-то думала, что ее сожрала та зубастая тварь. Но я была даже рада, что болонка в порядке. Как ни крути, а она предупреждала меня лаем об опасности. Она пыталась меня спасти.

— Тише, Исчадие, — шикнула на болонку няня.

Сначала я опешила — кому в голову пришло назвать белое пушистое облако подобным именем? А потом поняла — все правильно сделали, имя идеально подходит под характер собачонки.

Попутно выяснилось, что болонка — девочка. И это тоже о многом сказало. Только женщина может быть такой врединой.

Второй собаки в спальне, к счастью, не оказалось. Наверное, убежала. Будем надеяться, с концами. Хватит с меня одной Исчадия.

А еще здесь не было того, кто меня толкнул. Это было ожидаемо. Попытка убийства сорвалась, и злодей скрылся. Возможно, черная псина тоже принадлежала ему.

Пока няня суетилась, готовя мне воду для умывания, я доковыляла до туалетного столика и взяла зеркало.