Ты вспоминала наших? Ты думала о них, а, Шели? Они не снятся тебе по ночам? Ты хоть знаешь, как они умирали?

– А тебе мы не снились? – прохрипела, глядя в оранжевые радужки, чувствуя, как замерзаю от его слов, от жестоких упреков, вспоминая, как голодали, как нас загоняли в ловушки и преследовали, как решилась отдать их Мелиссе, чтобы спасти. – Пока ты здесь уничтожал вместе с эльфами своих собратьев, мы снились тебе, Аш?

Сказала и ужаснулась – он же с ними! Как я сразу не поняла, он и есть тот, кто морил нас голодом в Огнемае, тот, кто убивал воинов, кто завалил все выходы наружу.

Мне казалось, я сейчас заору, мне казалось, что я вся превратилась в пульсирующую боль. Он все эти годы был с ними. Я оплакивала его, сходила с ума и рвала на себе волосы, а он был с Балместом!

Даже не думая вернуться обратно. Ко мне и к детям. Он предал нас. Всех нас.

– Заткнись! – прорычал мне в лицо. – Иначе я раздеру тебя на части прямо сейчас, заморю голодом всех, кто остался в Огнемае и зарежу твоих детей, как когда-то зарезали моих.

– Ты нас бросил… – понимание, словно хлыстом по спине, по сердцу.

– Нет, не вас. Тебя! И не бросил, а забыл. Ты опять никто и ничто.

Моя рабыня. А теперь я оставлю тебя здесь. Ты увидишь свое отродье и вернешься в Огнемай, откроешь нам ворота. Поняла?

– Ты убьешь их всех за то, что считаешь меня и Фиена предателями? – я не вверила, что слышу и говорю это. Казалось, ничего более жуткого я в своей жизни не произносила.

– Это мое дело, что я с ними сделаю. А твое дело – закрыть рот и молиться дьяволу, чтобы прожить подольше. И чтоб твои дети прожили. Вспомни, кто я, и представь себе, ЧТО я способен сделать со всеми вами.

Так не может быть, он не может говорить мне этих ужасных слов.

Это не он.

Не мой Аш. Не тот, кто любил меня, кто шептал мне нежные слова, качал на руках наших детей и с обожанием смотрел на них. Тот Аш никогда бы не сказал мне этих слов… А, может, не было ТОГО Аша? Может, это я себе его придумала? Как все остальное, как и эфемерную преданность, патриотизм, мечты о свободе. Может, кроме меня, их ни у кого и не было?

Аш отшвырнул меня в сторону и направился к выходу, но я догнала, вцепилась в полу плаща. Я должна. Еще один раз. Достучаться, ведь там, под ненавистью, не могло все исчезнуть. Ведь он любил меня, я же знаю, что любил.

Я чувствовала это. Пусть никогда не говорил мне этих слов, но я читала их в его глазах.

– Аш! Подожди! Посмотри на меня еще раз. Неужели ты веришь в это сам? Посмотри мне в глаза. Вспомни, как сильно я любила тебя, вспомни, пожалуйста, ты не можешь так со мной. Вспомни все, что было между нами.

Резко обернулся и, схватив за плечи, притянул к себе, а я не могла успокоиться, я рыдала и цеплялась за его плащ:

– Неужели я похожа на ту, что способна предать? Я… ТВОЯ. ШелИ. Ты так назвал меня.