Только даже Балмест не знает, какой именно план Аш вынашивал годами нахождения в плену у эльфов, и чего ему стоило завоевать доверие короля и усыпить бдительность одного из самых хитрых правителей.

Иногда стоит пожертвовать десятком ради того, чтобы спасти тысячи, и Аш жертвовал без сожаления. У него нет времени на слабость, эта роскошь непозволительна для демона, который затеял двойную игру. Игру, которую продумал до мельчайших деталей, когда вернулся к Балместу сам, добровольно и принял его предложение. Стратегия всегда была его коньком, и, как говорил отец, численность войска не всегда гарантирует победу, сотни мечей в руках идиотов бесполезны, когда на поле боя противник, у которого, помимо оружия, имеются мозги в голове.

Потому что голова управляет руками, а не наоборот.

Но иногда жажда мести затмевала разум. Особенно, если он приближался к Шели слишком близко. Аш бы выкрал ее прямо сейчас, когда она вышла с небольшим отрядом иофамонцев из тоннеля, но не мог. У него были другие планы. И жажда мести не должна затмить его цели.

Аш убедился в том, что Тиберий вернулся с отрядом и сам скрылся в лесу, зная точно, какой дорогой они пойдут.

Отпустив коня, крался следом черной тенью по веткам деревьев, по кустарникам и зарослям, не сводя с нее горящих ненавистью глаз. Не мог отказать себе в мазохистском удовольствии наблюдать за ней.

И им снова овладел соблазн послать все к дьяволу, поквитаться с ней сейчас. Даже разум помутился от этого бешеного желания разодрать ее на части немедленно. Зверь внутри разорвал все цепи и жаждал нажраться ее крови.

Жаждал в эту минуту даже больше, чем вернуть себе все то, что потерял.

Он устранил двух иофамонцев и постепенно подкрадывался к месту привала, где оставались только Веда и Шели. Но едва завидел ее вблизи – замер, и не мог сдвинуться с места, потому что она нанесла ему еще один удар под дых, выбила его из равновесия и заставила скорчиться от боли, согнуться пополам и сжимать челюсти до крошева, скрипеть зубами. У нее на руках был ребенок. Двое детей. То, как она нежно прижимала к себе мальчика и ворковала с ним, не оставляло сомнений – это ее сын. ОТ НЕГО! Мать ее! От него! Она бросила детей Аша, а ребенка проклятого инкуба любила.

И девчонка. Огненно-рыжая. Она льнула к Шели, обвивая ее шею руками. Значит, двое детей Аша мертвы, а дети инкуба живы.

Свидетельство ее измены, свидетельство ее любви к другому. Живое и говорящее доказательство предательства. Смотрел и чувствовал, как внутри даже каменный цветок крошиться на осколки.

Ненависть лишала рассудка, перед глазами шли огненные круги, его ломало и рвало на части. В это момент Аш впервые пожалел, что не сдох там, в замке Балместа.