Ненавижу папину работу! И его железную выдержку!

Вчера, сразу после моего вопроса о фестивале, ему позвонили, и папа вернулся в свой кабинет, чтоб поработать. Просидел там до поздней ночи. На мои попытки проникнуть в его святая святых для разговора, он отвечал коротким “не сейчас”. А утром, когда я проснулась, его уже не было дома.

Целый день я прерывала подготовку к экзамену, чтобы выглянуть на улицу и проверить, не вернулся ли папа.

Наконец почти в девять вечера его машина заезжает на территорию нашего двора.

Бросив учебники, срываюсь с места и несусь к лестнице, чтобы прямо на пороге встретить папу.

Слетаю вниз по ступенькам, ловя удивленный взгляд мамы, которая спускается с противоположной стороны из крыла, где находится ее кабинет.

— Сима, ты себе так шею свернешь, — говорит она. — Ходи спокойнее.

— Папа приехал, — все, что могу выдать.

Пританцовываю на месте от нетерпения. Была бы собакой, у меня бы так сильно вилял хвост, что, наверное, оторвался бы.

— Это что за делегация? — заходя в дом, спрашивает папа.

Мама подходит к нему, и папа, совершенно меня не стесняясь, притягивает ее к себе и смачно целует.

Отвожу взгляд. Родители всегда так делают. Ничего неприличного, но я не люблю за этим наблюдать. А мама всегда краснеет после его поцелуев.

— Добрый вечер, — с улыбкой произносит папа.

— Добрый, — отзывается мама. — Ты опять опоздал на ужин.

— Танюш, скоро буду на все ужины твой, а сейчас надо поработать, — вздыхает он.

Так, папа в хорошем настроении, значит, можно атаковать.

— Папочка, так можно мне на фестиваль? — спрашиваю и сплетаю перед собой пальцы.

— Сима, ну что за нетерпение, — журит меня мама. — Дай папе нормально зайти в дом.

— Он уже зашел и даже поцеловал тебя. Теперь можем поговорить?

Папа качает головой и, сбросив туфли, идет в сторону своего кабинета. Лечу за ним.

— Ну папочка! — выкрикиваю слегка нервно. — Только не закрывайся для работы!

— Я только хочу положить документы, — усмехается он.

— Давай поговорим! Я очень сильно хочу поехать на этот фестиваль!

Захожу следом за ним в кабинет, а мама замыкает нашу процессию, прикрывая дверь. Папа снимает пиджак и вешает на спинку своего кресла. Упирается в него локтями и сплетает пальцы. На его губах ни тени улыбки.

Кажется, уговорить его в этот раз будет сложнее, чем я думала. И не в таком уж он хорошем настроении.

Вообще мне всегда было довольно просто уговорить папу на что-то. Он почти всегда исполнял все мои желания. Я же его маленькая принцесса. Братья носили меня на руках, позволяли все то, что было запрещено моим ровесницам. А стоило мне сделать большие глазки и блеснуть слезой, как папа таял и давал мне желаемое.

Но сейчас кажется, что мои принцессовые чары перестали работать. Это очень-очень плохо.