Нужно было поскорее взяться за дело…

— Каждая минута важна, — произнёс Артур, и почувствовал сухость в горле. Все свои размышления он высказывал вслух. Это было нужно, чтобы отвлечь Аркадию, и чтобы…

— Снова уходишь? Артур, хочешь я прямо перед тобой расплачусь. Мне не сложно. У меня прямо сейчас наворачиваются слезы. Вот, словила одну. Артур, может тебе хочется испить моих слёз? Может мне собирать их для тебя в колбочки?

…И чтобы как-то оправдаться перед Марией. Артуру было неприятно, даже мучительно представлять, насколько сложными были для неё последние несколько недель, с тех пор как в девушке поселился паразит, — своеобразная гильотина над головою её ребёнка.

И даже когда она наконец избавилась от этой твари, девушка не имела ни малейшего понятия, жив ли сейчас Артур. Он спускался в пещеру к самой смерти, а Мария только и могла, что бессильная стоять у её входа. И теперь мужчина снова уходит.

— Я должен идти, — сказал маг и открыл трещину в пространстве.

— Я понимаю… Я не глупая Артур, правда, и я знаю, как ты не любишь нервных девушек. Возвращайся скорее, я и Жозефина будем очень тебя ждать.

Артур слегка поморщился и вздохнул. Мария услышала, как исчезли сперва его шаги, а потом и шажки Аркадии. И снова девушка осталась совершенно одна. Почти. Нежными движениями она поглаживала свой живот. Мария сказала, очень тихо:

— Артур, я ведь и вправду сейчас расплачусь. Мне придётся менять повязку. Это так неудобно… — девушка вздохнула. В её покоях было тепло, даже немного жарко, но Мария знала, что высоко у неё над головою было заваленное снегом окно. И когда она его себе представляла, представляла какое, наверное, холодно это окно было на ощупь, по её сердце пробегал колющий холодок, и девушку хватал озноб.

Она шмыгнула носом, с трудом удерживая слёзы и улыбку на лице, как вдруг тёплые руки взяли её голову, и на её горячий лоб опустился нежный и прохладный поцелуй. Она вздрогнула, как будто он пришёлся в её сердце.

— Поспи, — сказал Артур. Мария хотела ему ответить, но решила молчать. Её улыбка стала настоящей. Мужчина помог ей закутаться в одеяло и уложил спать. И всё время, пока она засыпала, девушка держала его руку…

Ответила Альфия юной принцессе уже в непонятно какой раз.

Первое время Альфия считала свои ответы, — потом на неё подействовал блаженный белый дымок, и ей сразу стало уже всё равно, сколько раз она там отвечала. В таком состоянии Альфия могла делать одно и тоже сколько угодно раз. Главное было только осторожно выверять дозу, чтобы не начинались кошмары, но и к этому Альфия уже приловчилась.

Немного покрасневшими глазами она наблюдала, как перед нею по шатру сновала беспокойная Маргарита. Волосы девушки были как будто особенно неряшливы.