У меня, к примеру, их к Бернесу гораздо больше.

Я, когда вчера вернулся после разговора с Шипко, пацанам решил пока ничего не говорить о своих подозрениях. Но насчёт Марка некоторые соображения имел. Смутные пока. Думал, надо как-то спровоцировать крысу. Если просто схватить Бернеса за шиворот и тряхнуть, он ничего не скажет. Значит, необходимо создать ситуацию, в которой стукач проявит себя.

— Да ладно. Чего ты? Я просто спросил, — Марк пожал плечами и снова принялся натирать свой ботинок. — Разорался… Я, может, за тебя волнуюсь по-товарищески…

— Так значит, нам самим надо идти в большой дом? — переспросил Подкидыш. — Шипко можно не ждать?

Я не стал слушать препирательства пацанов и вышел на улицу. Однако там никого не оказалось. Чекист, видимо, не счел нужным меня дождаться.

— Во как… — Я покрутил головой, дабы наверняка убедиться, что этого товарища нигде не видно. А то уйду один и буду потом снова крайний. — Ладно… сам, так сам.

Наверное, для меня кабинет директора школы уже роднее родного. Так часто там бываю, что провожатые не нужны. Я не стал тратить время и направился к главному корпусу. Внутреннее предчувствие неприятностей становилось сильнее с каждым шагом. Чем ближе подходил к большому дому, тем гаже было на душе.

Только поднялся на крыльцо, входная дверь резко распахнулась и на улицу выскочила Ольга Константиновна. Блондинка неслась, как на пожар, но оказавшись со мной нос к носу, замерла столбом. Выглядела она, кстати, сильно расстроенной. И еще, по-моему, заплаканной.

— Здравствуйте… — я сначала растерялся.

Просто никак не ожидал, что наша встреча произойдет именно сейчас. Хотел этого, да. Но в данную минуту не самое подходящее время, чтоб вести разговоры с красивой женщиной, даже если у меня при взгляде на нее приливает кровь ко всем неприличным местам.

— Здравствуйте, курсант Реутов, — ответила учительница и как-то растерянно улыбнулась.

Интересно… Она запомнила мои слова. То, что я просил не называть меня слушателем. Черт… приятно.

Я шагнул в сторону, собираясь пропустить блондинку, но она одновременно сделала то же самое. Поэтому мы снова оказались на пути друг у друга.

— Извините, — сказал я и сдвинулся обратно, освобождая дорогу. Однако и Ольга Константиновна поступила так же в ту же самую минуту.

В итоге мы оба рассмеялись. Хотя, смешного, так-то, ничего нет. Толкаемся как два дурака в дверях. Похоже, и у нее, и у меня это был нервный смех.

— Алексей… Вы же Алексей, верно? — Ольга Константиновна, наконец, сделала шаг в противоположную сторону. — Я хотела поблагодарить Вас. За то, что Вы…

Она замялась, подбирая слова.

— Да не за что, — я пожал плечами.

Ситуация для меня была неловкая почему-то. Совершенно непонятно, что обычно говорят в таких случаях.