Узнал про это Буденный и поскакал к своему товарищу красному командиру. «Дай, - говорит, - полк кавалерии, мне надо отца выручить». - «Не могу дать, люди мои устали». - «Ну хоть сотню». «Не могу». - «Тогда десяток бойцов дай». - «Нет». Задумался Буденный: что делать? Ночь кончается, скоро отца расстреляют. Сел он на коня, взял с собой родного брата, и поскакали они на белых. «Первый эскадрон направо! Второй эскадрон налево!» - скомандовал Буденный. «Ура-а!» Увидели деникинцы Буденного, и давай бог ноги! Подлетел он с братом к тюрьме, отсек голову часовому, тюрьму открыл, взял отца, посадил на коня, и шукай ветра в поле!

- Ух, как интересно! - выдохнул Абдулка.

- Расскажи еще, - попросил Уча. - Вась, расскажи.

- Некогда. - Васька подмигнул мне.

- Вась, а как ты узнал про Буденного? - спросил Илюха, подозрительно прицеливаясь хитрым глазом.

- Сорока пролетала и мне рассказала, а тебе, рыжему, поклон передавала.

- Скорей бы прогнали белых, - сказал со вздохом Абдулка.

- Прогоним, чего ты беспокоишься? - сказал Уча. - Скинем их в Черное море, и нехай купаются с карасями.

- Поесть бы карасиков... жареных, - сказал Илюха, облизываясь.

- Карасиков... Тут картошки не видим, хлеба не достанешь, - сказал Уча с досадой.

- А помните, как мы обедали в столовой при Советской власти? спросил я.

- Фартовая была жизнь, - согласился Васька. - А будет еще лучше. Надо только Деникина разбить, чтобы война кончилась.

- Скажи, Вась, какая будет жизнь?

- Правда, расскажи, - попросил я.

- Тогда такая жизнь придет, что у вас головы не хватит понять.

- А ты все равно расскажи...

Плавно покачиваясь и обняв руками согнутые колени, Васька задумчиво смотрел в слуховое окно, сквозь которое было видно далекое небо, повисшее над тревожной, изрытой окопами родной нашей степью. Чуть заметная улыбка озаряла его лицо.

- Перво-наперво ни одного богача на свете не останется. Захочешь нарочно найти, и ни одного буржуя не сыщешь на всей земле, во всех странах и государствах, за морями-океанами... И воевать тогда люди перестанут. В городах построят высокие дома. А в них лампочки загорятся, не керосиновые, а такие... фонари! Много-много, может, целый миллион или сто тысяч. Ярче солнца засияют! А на улицах будут абрикосы расти, вишни, разные тюльпаны. Даже в заводе зацветут деревья. Работай и слушай, как птицы поют... Пацаны тогда все до одного научатся читать и писать, а вырастут, сами станут председателями! Вот какая жизнь придет! Коммунизм называется...

- На всей земле так будет?

- На всей, - сказал Васька. - Останутся на свете одни рабочие и крестьяне.

- А когда это будет?

Уча даже рассердился на Абдулку и строго сказал:

- Тебе прямо завтра подавай! Васька что говорит? Надо сначала Деникина прогнать.

Васька поднялся и сказал:

- Ну хватит...