Двигалась она удивительно легко для своего возраста, да и фигура, что скрывалась под монашеским одеянием, была по-девичьи стройной. Настоящий возраст Феофании выдавали только ее мудрый взгляд, да лучистые морщинки вокруг глаз.

— Ты вот что, Володар. Иди-ка сейчас в подвал к нашему истопнику и притворись там его помощником. Мирон у нас немой и к тому же умом скорбный, так что выдать тебя он при всем желании не сможет. А угостишь его яблоком, так и вообще станешь ему роднее отца. Как жандармы уйдут, я за тобой Нютку пришлю. Вот, возьми…

В коридоре игуменья махнула ему в сторону неприметной лестницы, ведущей в подвал, и сунула в руки пару крупных яблок, которые монахини по-особому хранили в сухих, прохладных подземельях монастыря. Плоды в больших ящиках пересыпались золой и древесным углем, а сверху еще и укрывались соломой, высушенной в печи. Так яблоки легко сохранялись до мая, а порой и до нового урожая…

…Володар сидел в подвале на ящике с углем и смотрел, то на ровное пламя в топке печи, то на мирно посапывающего истопника Мирона, который оказался тихим пожилым мужчиной лет шестидесяти с испитым лицом. Волхв уже потерял счет времени, а Нюта все не шла и не шла. Видимо, обыск наверху затянулся. И когда в коридоре раздались шаги, Володар даже не дернулся, только вопросительно посмотрел на вошедших жандармов. Трое. Одни крупный, почти гигант. Голова до потолка достает. Другой наоборот мелкий, суетливый. Еще один в чинах, усатый.

— Кто таков? — спросил главный

— Истопник я местный. А это мой помощник — кивнул Володар на спящего Мирона

— Работнички… — насмешливо хмыкнул усатый и уже развернулся, чтобы выйти, как вдруг второй жандарм, мелкий, стоявший у двери, странно дернул носом, принюхиваясь к чему-то. А потом медленно направился в сторону волхва.

— Учуял чего? — насторожился главный

— Беглецов здесь нет, но вот этот старик был вчера в мужском монастыре в Новой Ладоге и ночевал в соседней с изменниками келье! — указал нюхач на Володара — Я вспомнил его запах, он точно там был! Мало того, на нем и сейчас есть свежий запах беглецов — скорее всего, он и этим утром был рядом с ними.

— Взять его! — рявкнул жандарм, вытаскивая из-за пояса пистолет. Ему то первому острым концом лопаты и прилетело по голове. Бил Володар изо всей силы — размозжил голову усатому с одного удара. Кровь брызнула во все стороны, проснулся и испуганно закричал Мирон. Мелкий жандарм рванул к печи, а вот гигант шагнул вперед и без сомнений принял новый замах Володара на скрещенные руки. Тут же пнул ногой в живот волхву.

Пинок был столь силен, что волхв хекнув, улетел в самый конец топочной, приложившись головой об край угольного ящика. Полилась кровь из рассеченного лба.