- Но почему вы используете порошок усум, госпожа? 

- Порошок усум, - повторяет девушка с таким видом, словно это общеизвестная вещь, вроде соли. - Из пустыни Акташар. Женщины мажут им лица, и кожа становится белой, как лепестки лотоса. 

- А ну-ка с этого момента поподробнее!

Сначала я подумала, что усум - это просто тальк. Но чем дольше Наиля расписывает свойства чудо-порошка, тем яснее становится, что к тальку он отношения не имеет. Тут что-то другое.

И, кажется, вполне подходящее под мои нужды. 

Рассказ фарадки так взбудоражил, что я готова бежать в торговый квартал, как есть - в домашнем платье и с распущенными волосами. Но грозный окрик призрака: “Куда собралась в таком виде, охламонка?!” заставляет вспомнить о реальности.

До торговых рядов мы добираемся без приключений. А вот в поисках заветного порошка приходится побегать. Наконец, смуглый и жилистый фарадец после долгого разговора с Наилей на родном языке выносит мешочек наполовину заполненный белым как мука и сыпучим порошком.

- Вот, - произносит он, обращаясь ко мне с сильным акцентом. - Божественный усум, дар знойной Акташар ее детям. Без нее кожа красавицы никогда не будет белоснежной, подобно…

- Сколько? - перебиваю я, не желая выслушивать весь этот словесный рахат-лукум.

Рука замирает на полпути к кошельку.

- Милейший, вы издеваетесь? Двадцать ассов.

- Я привез его своей жене. Она проклянет меня, если я продам ее подарок. Один либр и четыреста ассов. 

Наиля азартно включается в торг на родном языке, и я замолкаю, предоставив ей это занятие. Торг для фарадцев что-то вроде национального спорта. Состязание, легитимный способ дать волю буйному южному темпераменту и просто удовольствие.

В итоге цена падает до либра, что все равно неадекватно дорого. По словам Наили, на ее родине усум продается даже не на вес - горстями. И по цене не сильно дороже риса. 

- Пол-либра, - предлагаю я на эндаре. - И, если мне подойдет этот порошок, я заключаю именно с вами контракт на ежемесячные поставки в размере двух футов.

В глазах торговца вспыхивает жадный огонек. Он прекрасно знает, что сейчас я вряд ли найду усум у других торговцов, белая как лист бумаги кожа вышла в Эндалии из моды больше века назад. Но фарадских торговцев в Арсе предостаточно, любой будет рад стать моим поставщиком.

Мы сходимся на четырехстах ассах и расстаемся совершенно довольные друг другом. А на выходе из торгового квартала я сталкиваюсь с Каннингемом.

- Леди Эгмонт, - начальник полиции кланяется, переводит взгляд на мою спутницу. В глазах на мгновение мелькает удивление. - Леди… хм-м-м… Наиля. Вы изменились. Как-то похорошели, повзрослели… 

Угу, повзрослела за четыре дня. Ох уж эти мужчины. 

Но да - изменилась. Выспалась, поела, надела нормальное платье.