— Ну коли дело, — нехотя улыбнулся Афанасий, которому эта игра в кошки — мышки с Андрейкой уже начала нравиться. — Ступай отрок. И помни — по семь раз «Отче наш» читай ежедневно не менее четырех седмиц.

— Да, отче, — кивнул Андрей и обозначив поцелуй руки священника удалился. Со всем почтением и не спеша. Потому что Афанасий вместе с воеводой с интересом наблюдали за ним.

— Чего ты на него взъелся — то? — спросил воевода, когда наш герой покинул храм. — Уже шепотки до меня дошли.

— Андрейка то? — удивился воевода.

— Андрейка. — кивнул Афанасий. — Но ум свой таит. Он много чего таит, боясь явить людям. Отрок сей полон тайн. Вот меня любопытство и взяло.

— Вздор какой. Андрейка же в отца своего пошел. Лихой рубака будет. А умом скуден. Читать, сказывают, его пытались учить, да не выучили. Совсем буквы запомнить не может.

— Может и вздор, — легко согласился священник и они переключились на другую тему разговора. В конце концов, к этому Андрейке он всегда сможет вернуться позже. Куда ему деваться то? Не сейчас, так потом, улучшив момент, может будет понять, что с ним не так…

Наш же герой, выйдя из храма, больше своей оплошности не повторял. Демонстративно перекрестился. И не спеша пошел бродить по городку. А поджидавшие его рядом Устинка и Егорка — следом посеменили. Выглядело это крайне забавно. Подросток лет четырнадцати с саблей на поясе, ему великоватой пока, вышагивал впереди. А за ним двое взрослых мужчин семенили. Один из которых тащил в своих руках лук и колчан. Но именно что тащил, а не надевал на себя, демонстрируя, что это не его.

Город был небольшой. Поэтому Андрейка, не желая лишний раз пересекаться с отцом Афанасием, решил валить к родным пенатам. И чем быстрее, тем лучше. То есть, ехать в поместье и пытаться разобраться там, что к чему. Может не все разорили татары. Может осталось что ценное и как — то прожить можно будет. Но для отъезда требовалось иметь хоть какие — то запасы. Это ведь не компьютерная игра, а жизнь. И кушать тут требовалось регулярно. Другой вопрос, что денег было в обрез. И наш герой решил перед покупками прицениться.

Главной прелестью такой ситуации оказалось скученность купцов да ремесленников со своими товарами на минимальной площади. И почти все — на виду. Из — за чего тульский кремль отчаянно напоминал Андрейке какой — то восточный базар. Да и торговаться можно было с оглядкой на других купцов и служивых. Ведь сын пострадавшего за их жизнь воина торг вести станет. Если такого начать обманывать на виду у людей — проблем не оберешься. Вступятся же. Обязательно вступятся.

Час ходил да расспрашивал. Два. Купил за полушку немного еды, чтобы утолить голод и себе, и своим холопам. Рабам, то есть.

Рабы. Да уж. Эта мысль, конечно, парня немало глодала.