— За эти дни я все проанализировала и приняла действительность, — стойко продолжает. — Между нами огромная пропасть. Он… Понимаешь, Ксенечка, он такой невозмутимый, собранный и уверенный. Смотрит так… По-взрослому смотрел. Волнующе. А я глупая, вела себя, как ребенок. Господи, я же такое молола… Самое сокровенное, конечно. Но так несуразно, неинтересно. Боже, стыдно теперь так…

— Это твои выводы. Он не сказал, что ты ему неинтересна. Ушел не в момент, когда ты все это рассказывала, а когда убежала.

— И решил, что ему все это не надо, да? Да?

Ксения сочувственно вздыхает, нерешительно пожимает плечами и тянется, чтобы обнять.

А Янка вдруг в запале вырывается и упрямо обещает:

— Я все равно, все равно буду с ним! Если он не влюбился в меня с первого взгляда, я войду еще раз.

Однако ничего предпринять она не успевает. Рагнарин появляется сам. В тот же день, поздним вечером.

Я держу тебя за руку, и всё расплывается,

Успокой меня заново, мне ужасно нравится…

© Земфира «Прогулка»

Оказывается, непросто это — через гордость переступать.

Когда Шахина открывает ему дверь, Рагнарин первым делом охреневает от того, как быстро и сильно реагирует на нее его тело. Огненная волна возбуждения стремительно разбивает мышцы пьянящей слабостью, словно он залпом бахнул грамм двести виски. Ехал к ней, настроенный на разговор. Но сейчас становится очевидно, даже для Янки по его взгляду, что одними объяснениями она не отделается.

— Не разбудил? — спрашивает, медленно оценивая ее причудливую пижаму.

Пятнистые цветные шаровары и фиолетово-розовую футболку.

Рагнарин мысленно накидывает ей несколько очков за то, что она впускает его без колебаний. Просто открывает дверь шире и приглашает войти.

— Ты только с работы, что ли? Так поздно?

— Почему не позвонил? Я бы что-нибудь приготовила, — суетится, забирая у него пальто.

Вот в этот момент он смотрит на нее, как на безумную.

— Ты же понимаешь, что я не пожрать к тебе приехал? В одиннадцатом часу ночи.

Янка в очередной раз меняет цвет лица на самый яркий из палитры красного и, отворачиваясь, прячет пальто в шкаф.

— Давай, хоть чаю попьем? Я как раз приготовила. Люблю перед сном горячее.

Рагнарин испытывает какое-то особое изощренное удовольствие, смущая ее, но после реакции Шахиной на эту фразу он мысленно призывает себя не напирать и дать ей передышку. Иначе она свалится в обморок до того, как он озвучит самое важное.

Шагая за девушкой по узкому проходу в кухню, не может не прослеживать, как сексуально двигаются в этих нелепых пятнистых шароварах ее округлые ягодицы.

Спрашивает так, будто действительно переживала. И это окончательно заставляет Дениса смягчить тон и сбавить обороты.