Малышев ничего не сказал. Только отложил свой укороченный Калашников. Кивнул мне.

Перебравшись на другую сторону, к зарослям шиповника, что сплелся с дикорастущей розой, я замер. Нахмурился.

За ними должен был сидеть Малюга. Но пограничника там не было. А ведь Гене предписывалось ждать, пока я не приду его сменить.

Тем не менее я занял свое место. Глянул вперед, туда, где нес свои воды Пяндж.

Мост черной плоской дорогой бежал по нему, и казалось, что он держится прямо на воде, словно огромная каменная баржа.

— Саша! Это ты⁈ — Стараясь разговаривать как можно тише, но так, чтобы я мог его расслышать, тут же позвал меня Канджиев.

Алим засел немного дальше, примерно в трех метрах, за большими камнями, что выросли тут и протянулись от самой пограничной тропы к низу, едва ли не к берегу.

— Где Малюга? — Спросил я.

— Ну… По маленькому отошел. К берегу спустился, вон туда.

— И ты его отпустил?

Канджиев замешкался, размышляя, чтобы ему ответить.

— Ну… Витя никаких приказаний по этому поводу не давал. Ну я подумал, что посмотрю пока и за Гену. Он скоро вернется. Давно уже ушел.

Я глянул на часы. Засек по все еще светящимся, но почти разрядившимся меткам стрелок моих командирских две минуты. Если не вернется — нужно проверить, все ли с ним нормально.

— Ну? Я пойду? Там Витя, видать, заждался, — спросил Канджиев.

Кандижев больше ничего не спросил. Просто затих, оставаясь в секрете.

Когда я снова глянул на стрелки, понял, что пришло время топать за Малюгой. Лучше не рисковать. Нынче обстановка сложная.

— Я пойду гляну, где Гена. Если не вернусь через пять минут, сигналь остальным, чтобы искали.

Канджиев ответил не сразу. Потом все же отозвался:

— Есть. Думаешь, он…

— Не знаю. Проверю. Присматривай за мной.

Я взял автомат «на грудь», снял его с предохранителя и медленно, стараясь не издавать ни звука, принялся спускаться вниз, к берегу. Потом едва не гуськом пошел к тому месту, куда, по словам Канджиева, ушел Малюга.

А направился он, ни много ни мало, а к рогозу, в котором Симонов собирался нас пристрелить.

Через пару минут я уже был у зарослей. В общей сложности Малюги не было уже около семи минут. Долговато для похода «по-маленькому». Тем не менее поднимать тревогу было, все же, рановато.

Если по ту сторону и затаились враги, сложно было представить, чтобы они напали на усиленную танками позицию. Для этого численный перевес должен быть серьезный. А перебраться через Границу в большом количестве, в этих местах можно, разве что по мосту.

Пяндж здесь хоть и спокойный, но достаточно глубокий и широкий. Чтобы преодолеть его на плоту незамеченными, нужно отчаливать на участке уже другой, тринадцатой заставы.