И прежде, чем тот успел ответить, Мила увидела его, издали размахивавшего ей поднятой рукой.

Девушка припарковалась, где указал Стерн, и вылезла из машины.

— Если не считать тошноты, отекших ног и непрерывной беготни в туалет, я бы сказала, что все хорошо.

Мужчина обнял ее за плечи.

— Ну, пойдем, все собрались на заднем дворе.

Было как-то непривычно видеть его без пиджака и галстука, в голубых шортах и цветастой рубашке с расстегнутым до самой груди воротом. Если бы не мятные леденцы, то она бы его и не узнала.

Стерн отвел Милу в сад, где жена бывшего спецагента полиции уже накрывала на стол. Женщина выбежала навстречу девушке и обняла ее.

— Привет, Мари, ты прекрасно выглядишь.

— Еще бы! Сегодня она весь день не выпускает меня из дома! — воскликнул, рассмеявшись, Стерн.

Мария шлепнула мужа по плечу:

— Лучше шел бы готовить!

Пока Стерн направлялся к барбекю, чтобы пожарить на нем сосиски и початки кукурузы, к Миле подошел Борис с полупустой бутылкой пива в руке. Он сжал девушку в могучих объятиях и поднял ее вверх.

— Как ты растолстела!

— А сколько времени у тебя ушло на дорогу?

— Ты переживал за меня?

— Нет, просто очень хотелось есть.

Оба расхохотались. Борис всегда был очень внимателен к ней, и не только потому, что она спасла его от тюрьмы. В последнее время из-за сидячего образа жизни и присвоения очередного звания, полученного из рук Теренса Моски, он сильно прибавил в весе. Новый старший инспектор сразу же изъявил желание исправить тот маленький «промах» на его счет и сделал ему предложение, от которого нельзя было отказаться. Роке подал в отставку вскоре после закрытия дела, но прежде согласовал с отделением ФБР процедуру этого мероприятия, предусматривающую особую церемонию с вручением медали за заслуги в труде и торжественную благодарность. Поговаривали, что он рассматривал вероятность своего ухода в политику.

— Какая я дура: забыла коробку в машине! — неожиданно вспомнила Мила. — Сходи за ней, пожалуйста.

Как только Борис сдвинул с места свое массивное тело, Мила увидела перед собой остальных собравшихся в саду гостей.

Под вишневым деревом в инвалидной коляске сидела Сандра. Она не могла ходить. Это случилось спустя месяц после ее выписки из больницы. Врачи говорили, что неврологический стопор ее двигательной активности наступил вследствие перенесенного девочкой шока. Теперь она проходила серьезную программу реабилитации.

На месте отсутствующей левой руки появился протез.

Рядом с девочкой находился ее отец, Майк. Мила познакомилась с ним во время посещений Сандры в больнице, и он показался ей очень симпатичным человеком. Несмотря на разлуку с женой, он продолжал с любовью и самозабвением заботиться об обеих. Роза Сара тоже была вместе с ними. Она очень изменилась.