Сидящий напротив меня Ийнар, подметив движение брата, скосил глаза на ближайший от нас столик и плавно опустил руку к поясу

— Сиди здесь, не шевелись и с лавки не вставай, — Эрик внимательно на меня посмотрел и добавил: — Ослушаешься — накажу и зацелую.

И только я хотела возразить, что он не имеет никаких прав на такое поведение, как Томин, сидевший с краю от Ийнара, вскочил, с громким скрежетом отодвинув край лавки, и гаркнул:

— Хозяин, всем медовухи за мой счёт! Томин — в бой!

Все, кто находился в таверне, вскинулись в едином движении, из своего положения я хорошо видела, как синхронно они поднялись.

Краем глаза заметила, что от входа за спину Краверу скользнул широкоплечий низкорослый бугай и замахнулся щербатым топором, метя Эрику в затылок. А тот не видел и не успевал среагировать. В ужасе я вскочила с места, подставляя под удар свой амулет, но топор продолжил лететь по своей траектории, и мне потребовалось меньше мгновения, чтобы осознать, что та тварь на поляне смогла подрать мне юбку, а значит, медальон не работает здесь!

Всё, на что мне хватило времени — зажмуриться и поднять руки, выставив их как щит перед лицом.

Спустя несколько ударов сердца ничего не произошло. Я открыла глаза. Топор завис сверху на расстоянии пяди от моих рук и не двигался. Я даже потрогала его, чтобы убедиться в реальности происходящего. А дальше посмотрела на Эрика, и он был очень зол. Взгляд, полный ярости, сжатые челюсти, крылья носа хищно подрагивают при дыхании.

— Эрик, она, кажется, тебя прикрывала, — попытался вступиться за меня Томин.

— Я вижу! — лард Кравер не говорил, а рычал, и мне почему-то стало очень страшно и обидно одновременно.

— Уважаемая эрцегиня Альтарьер, я, к сожалению, не смогу держать всех в заморозке вечно, поэтому могли бы вы быть так любезны, собрать свои драгоценные нити и покинуть сие крайне гостеприимное заведение?

Я в шоке дёрнулась в сторону и быстро пошла по рядам. Люди, замершие в атакующих позах, выглядели живыми, но их ауры были идентичны аурам нежити, и нити тоже удалось собрать в основном только чёрные, красные и коричневые, других попадалось мало. Руки саднило от напряжения, но я действовала максимально быстро и грубо. Не смогла только прикоснуться к аурам детей, от мысли, что они уже мертвы, ком встал в горле, и я едва сдержала слёзы.

Я метнулась к выходу, где уже ждал Ийнар, и в его компании торопливо вышла на улицу из страшной таверны. Следом за нами спустя несколько минут вышли Эрик и Томин, а дом за их спинами занялся жёлтым огнём.

Лард Кравер всё ещё был дико зол и шёл, не отрывая от меня взгляда, печатая шаг и сжимая кулаки. Подойдя, он навис сверху и, приподняв мой подбородок пальцем так, чтобы я смотрела ему в глаза, заговорил.