— Ларда Амелия, если вы столь сильно сражены моим обаянием, что не можете даже ходить, то дайте лишь знак, и я понесу вас на руках!

Не в силах сдержать смех, я издала полувсхлип-полустон.

— А вот и знак! — воскликнул Томин и подхватил меня на руки. — Это боевой клич лысой чайки, не так ли?

Сил осталось только на то, чтобы спрятать лицо в капюшон и хохотать у него на груди. Из глаз потекли слёзы, живот заболел от смеха, даже скулы начало сводить, а я никак не могла перестать смеяться.

— Что случилось? — обескураженно спросил Ийнар, подойдя к нам.

— Амелия предложила мне следующий раз идти на станцию в платье, я в ответ предложил вариант сочетающихся туалетов, после чего она, сражённая силой замысла, потеряла способность ходить.

Я мужественно нёс её от самого портала, и теперь вношу предложение приобрести тачку, чтобы можно было её катать. Я, конечно, сильный мужчина, но даже я долго не продержусь.

— Да она и весит-то всего ничего, сильный мужчина, — хмыкнул Ийнар. — Не можешь унести даже эту — женись на птичке, они летают сами.

Его реплики вызвали у меня новый приступ хохота, поэтому в карету Томин меня заносил.

Ийнар тоже откровенно потешался над нами. Когда мы расселись, экипаж наконец тронулся.

Отсмеявшись и утерев слёзы, я посмотрела на Томина и спросила:

— Вы так и не рассказали, что там с моей аурой…

— Упрямая, — хмыкнул Томин в ответ на мою реплику.

— С тобой иначе нельзя, — Ийнар подмигнул мне, — ставлю на ларду.

— А мы разве ещё не приехали? Мне кажется, что уже пора выходить и разговоры лучше отложить на потом, — с максимально невинным видом ответил Томин.

— Я не выйду из кареты до тех пор, пока вы не ответите.

Честно! — пригрозила я.

— Так нет проблем, я вас вынесу!

— Вам стоит поберечь вашу нежную спину.

— Всему виной то, что я пока не женат и даже не помолвлен. Приходится носить много разных дам. Но если вы наконец дадите мне своё согласие, то я нормализую нагрузку и буду носить только вас, — в глазах Томина было столько искренности и преданности, что я снова рассмеялась.

— Спасибо, но я могу ходить сама. Нужно поберечь мою репутацию, хотя, боюсь, от неё уже ничего не осталось. А ведь мы с вами знакомы меньше половины дня! Так что с моей аурой, Томин? — постаралась я сделать серьёзное лицо.

— Обещаете мне поцелуй, если я вам отвечу? — сверкнул глазами он.

— Обещаю подумать над вашим предложением о поцелуе, — степенно кивнула я.

— Хорошо. В вашей ауре десять цветов, — торжественно проговорил Томин.

— Их всего десять, в вашей ауре есть все цвета.

— И что это значит?

— Что у вас универсальная аура.

— Что такое универсальная аура? — нахмурилась я, пытаясь вспомнить хоть что-то.