Выходит, у него не было и шанса, да? Хах… Лядский лимрак… Вот какого Фера этой ночью ты оказался именно здесь? Это ведь так… нечестно… несправедливо… Я ведь… так многого… ещё… не успел…

Воин сделал три коротких вдоха, а в следующее мгновение его израненное сердце, наконец, остановилось, и его душа покинула могучее тело вместе с длинным, протяжным выдохом.

И когда глаза четырёхрукого Норхала медленно покинула последняя искра жизни, Саргон оторвал от них свой взгляд и поднял его на вросшую в глубоко в земную плоть зловещую скалу, напоминающую гигантский продолговатый череп исполинского монстра с неровными буркалами бездонных глазниц, едва угадывающимися носовыми щелями и искороженным провалом зубастой пасти вместо входа.

Марлот был уверен в том, что для того, чтобы противостоять бесчисленным армиям силпатов и силзверов, необходим самый настоящий монстр. Однако он ошибся.

Не сводя глаз с Костяной Горы, я крепко сжал дриарилловую лапу в кулак.

Для этого потребуется не просто монстр, а самая великая и ужасающе сверхмощная тварь, какую только способен породить Древнир.

И кажется я знаю, где именно её найти.

Откинув полог из толстой шкуры, я настороженно вошел в дальнюю пещеру, когда-то служившую лежбищем рыпохвиста. Обведя глазами довольно уютную обстановку нового хозяина Костяной Горы, ныне, впрочем, как и все её прежние владельцы, безвременно почившего, я остановил их на кипящем над костром казане, от которого исходил приятно манящий запах вкусной мясной похлёбки.

И на мгновение меня даже кольнуло искреннее сочувствие к четырёхрукому воину — он явно надеялся вернуться в личное логово и вдоволь насладиться горячей пищей в эту снежную, зимнюю ночь. Что ж, не повезло — стоило, как и прочие силзверы, поселиться в захваченном Рэйтерфоле.

Сняв казан с огня, я оторвал взгляд от бурлящего варева и устремил его на невзрачный продолговатый камень, приваленный у стены напротив спального ложа.

Бывший жилец не стал его убирать, органично вписав в обстановку пещеры в качестве стойки для копий, а если судить по глубоким насечкам, в будущем явно планируя обработать глыбу и превратить её в удобное хозяйское кресло, а то и вовсе в незыблемый трон.

Не отводя завороженных глаз, я медленно приблизился к камню, вытянул руку и замер, почти касаясь когтями неровных изгибов.