Уголки губ опущены вниз, и это делает самую невинную улыбку похожей на звериный оскал. Наполняет угрозой и скрытым смыслом. Мне было достаточно, чтобы нарисовать в мыслях абсолютно непристойное действо под аккомпанемент плети-семихвостки. Люблю я спецэффекты, ничего не поделаешь.

Я плохо поняла, чего он хочет. Девять. Вечером. Хорошо? О чем это он? Мысль вошла в голову, однако не находила мозг.

— Не понимаю, — промямлила я на чистейшем русском.

Он опять улыбнулся той самой улыбкой, от которой я могла ловить кайф вечно.

Акцент у него был чудовищно-прекрасный.

Я не знаю, что делали мои мозги в это время. Наверное, плавились вместе со слябами в методической печи. А вот голова моя уверенно кивнула.

Появление вездесущего немецкого переводчика спутало карты. Фон Вейганд переключил внимание на него и, если б не грохот очередного листа, я б так и осталась стоять на месте. Немного отрезвленная, но совершенно обесточенная, я шла за мужчиной своей мечты и ненавистным немецким переводчиком.

Запихнув костюм, очки и прочее в шкафчик, я всё же решилась рассмотреть содержимое своей ладони. Знаете, ожидание праздника лучше самого праздника. Кажется, я мечтала о том, чтоб меня в ледяную воду окунули? Так вот, это произошло.

Передо мной был ключ. Ключ, открывающий врата в запретный мир. Ключ из рук демона-искусителя. Впрочем, ключ был самый обычный, просто с небольшой пластиковой биркой в форме пешки. С одной стороны номер 401, а с другой — название отеля.

Ключ от его номера? От номера неприступного шефа-монтажника фон Вейганда? Из-за моей придурочной сомневающейся натуры я не была уверена, что он действительно адресовал это мне.

«Кому ещё?!» — вопил внутренний голос.

За минуту я прошла путь от роковой соблазнительницы до оскорбленной невинности. Хор переливчатых голосов в духе «Он выбрал меня! Меня! Меня!», хлопушки и фейерверки разом стихли, когда воображаемый священник набросил на мои плечи белый плащ, где алым пятном расплылось греховное «А». Знак прелюбодеяния.

Немного нагло и самоуверенно предлагать подобное малознакомым людям. Хоть бы «пожалуйста» добавил. Пожалуйста, я хочу вас тр*хнуть в девять вечера. Звучит ведь?!

Я даже распрямила плечи и гордо вскинула голову, намереваясь пойти и вернуть ему ключ. Двинулась к зеркалу проверить, достаточно ли холодности в моём взгляде. И вот, глядя на себя, с пугающей ясностью осознала: плевать, что будет. Я иду к нему этой ночью.

Кстати, я уже говорила, что всё ещё девственница?

Гостиница смотрела на меня как на шлюху. Я сама чувствовала себя шлюхой, хотя оделась донельзя скромно. Простые черные джинсы, футболка неопределённого коричневого цвета. Отыгралась разве что на туфлях со шпилькой в пятнадцать сантиметров и губы накрасила ярко.