Мистер фон Вейганд, — так начальник представил того, кто смёл всю мою рутину в одночасье, словно карточный домик.

Он был одним из тех мужчин, смотря на которых я забывала быть скромнее и не строить планов на будущее. Хотя какие планы? Мне хотелось, чтоб он выставил бесполезную толпу из кабинета и разложил меня на столе. А потом тр*хнул так хорошо и глубоко, чтоб я собственное имя не могла вспомнить.

Он появился в нашем офисе и тут же произвел фурор. Двухметровый немец с бритым черепом, бородой эспаньолкой (до сегодняшнего дня даже не подозревала, как сильно мне могут нравиться такие бороды), идеальной фигурой (насколько позволял рассмотреть ситуацию деловой костюм). Прибавьте взгляд матерого бабника, где бесенята задорно отплясывают джигу, и улыбку а-ля коварный соблазнитель, от которой плавятся мозги. Вот что нужно называть взрывоопасной смесью.

Господин фон Вейганд должен был привнести разнообразие в суровые будни нашего многострадального завода и навести здесь наконец порядок. Предыдущий шеф, прозванный «мистер Дрочер», пропал без вести (вы не подумайте, ничего криминального, в публичных непотребствах его не замечали, просто послышалось кому-то нечто эдакое в заморской фамилии, потому прозвище и прилипло). Мы не имели отношения к его исчезновению. Пропал он в своей благополучной Германии. Ходил слух, будто ему не давали визу, но на самом деле, думаю, он просто не горел желанием возвращаться. Получить визу в нашу страну может даже людоед из Конго.

Меня терзали противоречивые чувства. Перспектива, что мистер фон Вейганд действительно захочет разложить рядовую сотрудницу на столе посреди чертежей проекта стоимостью в десять миллионов евро, равнялась нулю. Зачем тогда лишние переживания? Работа и так не сахар. Переводи всякий бред, слоняйся по прокатному цеху. Отстой, честное слово.

Когда он заговорил, я не поняла ни слова, но во мне вспыхнуло желание раздеться. Включите кто-нибудь кондиционер, тут убийственно жарко.

— Вообще-то кондер работает, — заметила Анна.

Похоже, я не соображала настолько, что начала молоть чепуху вслух.

— А он классный, — продолжала вбивать гвозди в крышку моего гроба коллега.

— Ну, на фоне остальных, — неразборчиво промямлила я.

— Ну да, — усмехнулась она.

Фон остальных уже просто не существовал. Пара «пивных пузатиков» и несколько дедушек с благородной сединой, программист с лицом ребенка да инженер, который дышал мне чуть выше пупа. Разве это фон для двух метров чистого секса?!

— Вот наши молодые специалисты, переводчики с английского. Это Лора, — продолжал знакомить нас начальник.

Пока наш немецкий переводчик сообщал шеф-монтажнику эту нехитрую фразу, я на негнущихся ногах шагнула вперёд и подала руку в знак приветствия.