Вот уж кто любил целоваться!

Квил вошел в свою комнату, размышляя над постыдностью своего поступка. Что такое есть в Габриэле Дженингем? Почему он ведет себя как последний идиот? Можно подумать, он ревнует к брату.

Он снял сюртук и панталоны и направился в туалетную комнату. Несколько лет назад из нее вынесли все, кроме стен, чтобы разместить тренажеры, рекомендованные ему немецким врачом. Квил раздраженно схватил одну из гантелей и начал ритмично поднимать и опускать ее.

Через час его кожа блестела, а правая нога ныла от напряжения. Он недовольно покосился на стоящее в углу хитроумное сооружение, также сконструированное доктором Транкельштейном.

Квил с удовольствием упражнялся с гантелями, тогда как езда на комнатном коне его раздражала. Имитация верховой езды приносила мало плодов, но он был дисциплинированным человеком и пунктуально выполнял все предписания.

Однако сегодня он не мог заставить себя залезть на «лошадь» и решил, что отложит это упражнение на завтра. В конце концов, он пока единственный хозяин в доме, и у него достаточно всяких дел.

На следующее утро Феба возникла на пороге одновременно с Люсьеном Бошем.

Габби поспешила в гостиную и застала их беседующими на диване. Леди Сильвия, сидя в кресле, лениво прислушивалась к их разговору.

– Моя новая мама – очень важный человек. Она решает, какую одежду нужно носить в Лондоне.

Люсьен поднялся навстречу Габби.

– Доброе утро, мисс Дженингем. Как видите, мне посчастливилось продолжить знакомство с мисс Фебой.

– Рада снова видеть вас, сэр. – Габби исполнила для красивого француза изящный реверанс, затем повернулась к Фебе: – Здравствуй, дорогая. Ну, как тебе на новом месте?

– Спасибо, очень хорошо, – совсем как взрослая ответила Феба, но затем, отбросив формальности, начала взахлеб делиться впечатлениями: – Моя новая мама – очень, очень важная! А у тети Луизы есть чайник, из которого может выходить джинн.

Для этого только нужно знать волшебное слово. Но мама сказала ей, чтобы она держала язык за зубами. Потом тетя Луиза хотела приказать джинну выходить, и тогда мама ужасно разозлилась. – Габби засмеялась.

– Ну разве ты не счастливая девочка?

Феба кивнула. Она, похоже, махнула рукой на правила поведения, которые ей постоянно вдалбливала ее няня.

– Мама отпустила мое платье, видите? – Она встала, выставила вперед свою маленькую ножку.

– Твоя мама сама этим занималась?

– Да. У нас не так много слуг, как здесь, мисс Габби. Только кухарка и Салли с Шерманом. Салли убирает в доме, а Шерман вроде привратника. Он очень-очень старый и часто спит днем. Мама говорит, что без посторонних уютнее. Но из-за этого нам приходится все делать самим. Сегодня после завтрака я сама отнесла на кухню свою тарелку. – Феба остановилась перевести дух.