— Готова была отдать подругу в руки тварей Загранья, лишь бы добраться до вожделенной добычи в виде брака с аристократом, — зловеще улыбаясь, лже-Кери подходит ещё ближе и снова присаживается.

Склонив голову, наблюдает за тем, как я пытаюсь не скатиться ниже. Туда, где прорыв разрастается всё больше и больше.

— Р-и-и-ик! — в отчаянии кричу я, окончательно поняв, что у меня ничего не получается.

— Нет-нет, нам зрители пока не нужны, — тварь передо мной щёлкает пальцами, и нас накрывает еле заметный купол.

Звуки боя тут же глохнут и доносятся будто бы издалека.

— Фло! — обращаюсь к последней моей надежде.

— Ой, а её отсекло, — заходится в смехе лже-Кери. — Через этот купол ни одной живой душе не пройти.

Я в панике кручу головой, пытаясь хоть что-то придумать. И вдруг вижу, как Марго начинает приподниматься. Её, словно на тросе, тянет по склону наверх. Миллиметр за миллиметром. Пытаюсь встретиться с Марго взглядом, но девушка смотрит строго вниз, и лишь едва заметные шевеления пальцев, от которых исходят желтоватое свечение, говорит о том, что самопроизвольное поднятие — её рук дело.

А блонди-то у нас, оказывается, не трусиха. Быстро сориентировалась в боевой обстановке.

— Что ты имела в виду, когда говорила, что Кери хотела отдать меня тварям? — вскинув голову, спрашиваю я.

Надо отвлекать внимание твари, пока это возможно.

— Загранье меня забери, — насмешливо выдыхает бывшая аристократка. — До тебя до сих пор не дошло? Она и есть эта твоя Фи. Знала бы ты, как её бесило это сокращение прекрасной Фликерии. Но девочка терпела. А знаешь, какой был план?

— Какой? — в этот раз мне действительно интересно.

— Она знала о твоей ненависти к сестре и надеялась, что после ритуала подселенец сведёт тебя с ума. И ты убьёшь сестричку. Правда, гениально? — по насмешливому карканью твари непонятно, она реально гордится безумной идеей или насмехается над наивностью той, чьё тело сейчас занимает.

— А причём тут моя сводная сестра?

Смешки тут же обрываются, а лже-Кери смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Погоди, ты что, правда, не помнишь? — она заходится в очередном приступе смеха. — Вот умора! Это получается, твой драгоценный Рик не настолько тебе доверяет? Или вовсе за игрушку считает?

— Что?! — ошарашенно выдыхаю я, теряя нить разговора.

Что несёт эта сумасшедшая?!

— Да какая уже разница, — бывшая аристократка внезапно успокаивается и меня клинит от её полярных состояний. — Сжалюсь над тобой. Зачем тебе умирать с разбитым сердцем, правда?

С этими слова она достаёт из сумки замотанные в тряпку осколки порткама. Того самого! Который мы якобы разбили, выбираясь из стоков!

— Что ты делаешь? — чувствую, как кровь отливает от лица, когда в её руках порткам вспыхивает ярким фиолетовым свечением.