Глаза ее вмиг округлились, Звягина покосилась на меня, прикусив нижнюю губу, да с таким сожалением, едва брови домиком не сошлись.

Я сперва не понял, вернее, мне было наплевать, что их так всех заинтересовало. Думал только о Рите, о том, где искать ее, куда пацаны могли увезти.

И тут в общем чате класса выскочило сообщение, они посыпались один за другим, заставляя мой телефон вибрировать. В бесконечных оповещениях я заметил свое имя и имя моей девушки. Не удержался, кликнул по экрану, а там эти фотки, которые мне Смирнова показывала. Кто уж их выслал, я не понял, но народ активно обсуждал, не стесняясь в выражениях. Как они только не обзывали Риту, какие только эпитеты не звучали.

– Капец, Вить, – шепнула Оля, вздыхая.

– Я ему морду разобью, – прошипел себе под нос, выходя из чата. Быстро нашел в контактах номер Раевского, позвонил ему, но вместо ответа получил сухое «абонент недоступен». Аким тоже был отключен, зато пошли гудки у Кирилла, и, спустя пару секунд, он даже соизволил ответить.

– Где вы, мать твою? – сходу прорычал я, ощущая, как по венам бежит кипяток. Все это неправда, убеждал себя, все эти фотографии липовые, моя Рита не могла – крутилось набатом в голове, она не такая.

– Скоро приедем, а что, Шест, о друзьях вспомнил?

– Я тебе рожу сломаю, понял! – повысил голос, не заметив, как в зале заглушили музыку, и все внимание было направлено на меня одного.

– Ты, Шест, мозги себе сломал, но мы слава богу их починили.

– Слушай, если у тебя ко мне какие-то счеты…

– Нет, братишка, все происходит добровольно, мы здесь развлекаемся, да, Риточка? – видимо, обратился он к Марго, а затем сбросил вызов.

Я подорвался с места, выскочил в коридор, не в силах успокоиться: внутри колотило, будто на спине завели моторчик. Опять начал набирать Рите, потом пацанам и так по кругу, однако теперь ответов не было. Проклятье! Только бы с ней все было в порядке, просил кого-то, сам не зная кого.

Головой я понимал, что это подставной фарс, Риту тупо заставили, возможно, пригрозили, но сердце неистово ныло, заливая ревностью легкие. Я готов был разнести зал, каждого встречного бить до крови, до мяса, пока не успокоюсь, пока не увижу Марго в целости и сохранности. Да только бить было некого.

Я словно попал в камеру пыток, оказавшись на электрическом стуле в полнейшей темноте. Минуты превратились в вечность, пока я нарезал круги вокруг парковки. Потом побежал в сторону маленького парка, там тоже стояла парочка машин, но безрезультатно. В итоге дошел до будки охранника и потребовал, чтобы мне показали камеры видеонаблюдения всей территории, почему-то казалось, парни не могли далеко уехать, тем более Раевский был поддатым.

Мужик сначала наотрез отказывался, но после тысячи рублей, которые я ему сунул в карман, резко стал податливым.