— Не раньше, чем пойму, что вы меня не обманули, — отзывается её бывший парень. — И без фокусов. Мои парни следят за обстановкой. Увижу хвост — девчонка в тот же миг лишится головы…

Услышав такие угрозы, Даша едва не лишается сознания. Она принимает браваду бывшего парня за правду. Но кто-то же действует напару с Игорем?! Надеюсь только на то, что группа силовиков успеет перехватить злоумышленников.

— Объект приближается к ячейке, — диктуют сотрудники. — Достал сумку. Порядок. Идёт на выход. Можем брать!

Через мгновение всё приходит в движение. Начинается хаос. На одного тощего недобитка набрасывается целая толпа вооружённых силовиков. Сумка оказывается отброшена в сторону, он сам уложен лицом в асфальт. Даша подлетает к Игорю даже быстрее меня.

— Где моя дочь, урод?! — бросается к нему разъярённой кошкой.

Игоря ставят на ноги.

— Твари! — сплёвывает он кровь в сторону. — Вам никогда не удастся её найти! Ни за что… Жадность фраера сгубила. И твою дочку! — смеётся он, следя взглядом за сумкой.

Я распахиваю её, показывая, что она набита старыми газетами.

— У тебя ничего не вышло бы. Абсолютно! Надо было уходить в подполье ещё пару месяцев назад. Сразу же, после нашей встречи… Где Ульяна?

Бывший парень Даши смеётся в ответ. Хватает одного удара, чтобы он захлебнулся своим смехом.

— Не найдёте никогда… — бравирует он и шепелявит разбитыми губами.

— Порядок. Ребёнок у нас. Сообщница перехвачена. По пути в дом малютки… — слышится передача по рации.

Лицо бывшего Даши покрывается алыми пятнами. Для него всё кончено.

Даша уточняет адрес и бросается к машине, лишь оказавшись у двери с пассажирской стороны, она замирает, бросая несмелый взгляд в мою сторону.

Через полчаса мы прибываем на место. Почему-то я не удивлён, обнаружив в качестве сообщницы тётю Марину. Но удивлена Даша. Она же не знала, что Игорь приходится ей родным племянником и не подозревает, какие гнусности вылезут ещё в результате допроса.

Но главное, что Ульяна находится в надёжных руках. Даша забирает дочурку из рук силовиков и прижимает к себе, плача и целуя. Осыпает Улю лаской и нежностью. Больше всего на свете мне хочется разделить этот момент вместе с ними, но я стою. Словно потерял на это всякое право, налажав по-крупному.

Раздаётся требовательный телефонный звонок. Я отвечаю автоматически, зная, что звонит отец Даши.

— Кузнецов! Как обстановка? Почему не докладываешь? — голос отца Даши потрескивает недовольством.

— Всё хорошо. Виновника и его сообщницу задержали, — отчитываюсь я. — Ульяна на руках у Даши.

— Плачет. Радуется. Целует дочку… — голос становится ломким от эмоций, подступивших к горлу.

— Ясно. А ты почему стоишь в стороне?

— Мне вроде как не положено. Я облажался…

— Шагом марш обнимать их.