Мона, его Мона ни в чем не виновата! Чисто физическое влечение, первое проявление страсти она приняла за глубокое чувство и чуть не погубила их общее счастье. Но и он хорош! Действительно набитый дурак! Как же он не догадался, что его молоденькая жена – уже не ребенок, а женщина? Молодая, неопытная, но женщина. А он – в ослеплении от собственного счастья в первые месяцы супружества – вместо того, чтобы осторожно и бережно приучать ее к пониманию этой новой роли в его жизни, обращался с ней, как с ребенком. А она, видно, разочарованно вздыхала, не находя в нем того совершенного любовника, о котором мечтала. Он должен немедленно увидеться с Моной, на коленях вымолить у нее прощение, а уж потом… Потом он научит ее искусству настоящей любви! Вполне возможно, в один прекрасный день она даже полюбит его. Но даже если все останется, как было в самом начале, Мона – жена и друг, он и тогда будет наверху блаженства. После долгих месяцев одиночества и неприкаянной тоски уже одно то, что она будет рядом, означает рай.

«Изводит себя от тоски», – вспомнил он строчку из письма. Что ж, уже через два дня он может быть рядом с ней. Но тут Питер остудил свой пыл. Нет, не так! Их примирение должно состояться на какой-то общей территории. Какое он имеет право вторгаться в лондонское жилище Моны, пусть даже и для того, чтобы просить у нее прощения? Решено! Он поедет прямиком в Тейлси-Корт и оттуда напишет ей письмо, чтобы она назначила ему встречу. Как хорошо было бы снова встретиться именно в Тейлси-Корт! Сладкие воспоминания нахлынули на него с новой силой, и это помогло немного успокоить расходившиеся нервы. И все равно его снедало нетерпение школьника накануне летних каникул. Мона! Ах, Мона! Как же страстно он желал ее!

«Таймс», самая влиятельная в стране газета, поместила пространную заметку о том, что герцог Гленак прибыл на отдых на горнолыжный курорт в Сент-Мориц, где остановился в Гранд-отеле. Заметка вызвала у Моны тоску и злость одновременно.

Ему-то хорошо, подумала она с завистью. Вон какой веселый на всех фотографиях. Еще бы! Замечательные лыжные трассы, все условия для любимого им бобслея, прекрасный чистый воздух зимних Альп, по вечерам катание на коньках в обществе светских любительниц зимнего спорта. А она торчит одна-одинешенька в этом пыльном, грязном Лондоне! Где справедливость, в конце-то концов? И вдруг ей пришло в голову, что хорошо бы съездить в деревню. Несколько недель в Тейлси-Корт – именно то, что ей сейчас нужно. Да и Вогс наконец-то снова порадуется свободной жизни. Ему уже так надоели эти ежедневные прогулки на поводке.

В Тейлси они прибыли как раз к вечернему чаю. И у Моны сразу же возникло ощущение, что она вернулась домой. Слуги и окрестные фермеры были искренне рады снова увидеть молодую хозяйку.