— Мальчик хочет кого-то, очень вкусного и красивого — отвлекаясь от грустных мыслей, отвечаю ей я, сжимая в ладони ее гладкую и упругую ягодицу. — И мне кажется, что этот кто-то, это ты.

— Тебе это только кажется? — голос Марины из вкрадчивого становится угрожающим.

— Я совершенно в этом уверен! — отвечаю ей я, закрывая рот долгим поцелуем.

Через полчаса, мы с ней, в одних халатах, сидим на кухне и дружно едим бутерброды с ветчиной и сыром, запивая их свеже сваренным кофе с молоком из больших кружек. Мои соревнования и травма уже забыты, но я вижу морщинку раздумий на лбу у Марины.

Марина обычно не распространяется о своих делах и проблемах, но я делаю попытку разузнать, в чем дело.

— Тебя что-то тревожит моя прелесть?

— Да так, по делам небольшие проблемы, ничего особо серьезного — как обычно при таких вопросах отмахивается от меня Марина.

— Ну, может, я могу чем-то помочь? — проявляю настойчивость.

— А чем ты можешь мне помочь Юрочка? — Марина пожимает плечами — К нам в город скоро приезжает комиссия из Москвы. Будут копать по делам людей, с которыми я работаю. Что-то в Москве случилось, что привело концы в наш город.

— Ты, надеюсь, никак не фигурируешь, в том, что случилось в Москве?

— Непосредственно в тех событиях я никак не фигурирую. Но там взяли одного человечка, который кое-что знает обо мне. Ничего конкретного, но он видел меня несколько раз в компании с определенными людьми, и если связать через меня этих людей между собой, то могут сами собой напроситься не очень приятные для меня и для них выводы.

— Фигово. А откуда ты знаешь о комиссии, насколько я понимаю, эта информация должна быть секретна?

— У меня есть друзья в разных властных органах.

В том числе и в Москве, и меня предупредили заранее. А в общем, не бери в голову, выпутаюсь как-нибудь. Знаешь, сколько всего разного бывало за эти годы. Я девушка свободная, под замком не сижу, с кем хочу с тем и общаюсь. Вот с тобой, например.

Марина ставит кружку с кофе на стол, и бесстыдно глядя мне в глаза, лезет своей ручкой ко мне под халат. Организм немедленно реагирует, и мои мысли принимают совсем другое русло.

Вахтанг Отаевич сидел у себя в кабинете и внимательно читал передовицу в свежей газете «Правда».

Он по утрам всегда изучал свежую прессу. Хотя советские газеты не отличались большой информативностью, и всегда очень сильно цензурировались, но по некоторым признакам, внимательный взгляд, мог догадаться о закулисных событиях, происходящих на самых верхах. Последние несколько лет, после смерти Брежнева выдались богатыми на события и перемены. Приход к власти Андропова и его недолгое правление, резко всколыхнули застоявшееся болото власти.