— Ми-и-илый, это ты? — комичным голосом спросила Зара, изображая страсть.

На её руке защёлкнулся десятый браслет.

— Я, — ответил пожилой мужчина.

Послышался звук падения и громкий бесстыдный смех. Старейшина пыхтел от злости, стал пунцовым. Девицы расхохотались, услышав его ответ. Не удержалась от улыбки и Марготта.

— Вы давно одиноки, старейшина Берт, — заметила жрица. — Может, стоит присмотреться к кому-нибудь? В это десятилетие невест более чем достаточно.

— И сколько же? — со злостью спросила Лея.

— Около трёх сотен, — ответила Марготта, удостоив её лишь мимолётным взглядом.

Лея почувствовала, как цепенеет от ужаса. Перед её мысленным взором отчего-то вновь предстали ледяные статуи из сновидения.

— А что сделают с не угодившими? Их обратят в лёд?

— Богиня, — верховная жрица закатила глаза, — что за дикая фантазия? Уверяю, все вы станете жёнами. Просто некоторые из вас — младшими жёнами.

— Откуда мне знать, что вы не едите людей и не замораживаете их? — не унималась Лея.

— Всегда недолюбливала невест из твоего мира, — дракониха устало вздохнула.

— Зачем же вы тогда меня украли? — с яростью выкрикнула Лея. — Для чего?

— С тобой, милый, хоть на край света! — шутливо воскликнула Зара, выходя из повозки. — Хоть в бездну... Кстати, насчёт бездны, — она повесилась ему на шею, как влюблённая, а потом начала душить. — Ты же понимаешь, что страдаешь сейчас за то самое зелье?

— Помогите... — просипел Берт.

— Встань прямо и замри, — с трудом произнёс старейшина Берт.

Его словесный приказ немедленно выполнили все десять девушек.

— Уф, так значительно лучше, — старец вздохнул от облегчения. — Улыбаемся, радуемся жизни, идём за мной к аркам.

— Каким аркам? — спросила Лея.

— Идём молча, — немного подумав, добавил Берт.

Зара смотрела на него так, будто сильно сожалела, что душила старейшину не по-настоящему. Возница — молодой мужчина с чёрными вертикальными зрачками, странными глазами без белка, похожими на расплавленное золото — развернул лошадь и поехал назад. Судя по небрежному отношению, повозками тут пользовались редко. Лея подумала, что он вполне может быть огнедышащим драконом в человеческом обличии. Глаза ледяных были холодными: всех оттенков голубого и синего.

Лея и остальные встретили послушных, так сказать, невест. Как выяснилось, никто их не перевозил. Подавая пример кротости и послушания, они сами шли за драконихами. Пели песни, срывали цветы и плели венки. Растения драконов ничем не походили на земные. Лея не увидела ни луговых васильков, ни жёлтых соцветий ромашек. Ничего привычного: яркие краски, большие лепестки. Свою подругу первых, наивно-счастливых, дней Лея не нашла в столь большой толпе.

— Кто эта красавица? — воскликнула Лея забывшись.