А раз так одеваешься, значит, сам зарабатываешь, — она поворачивает ко мне голову и внимательно смотрит.

— Да, я зарабатываю. Я директор по маркетингу. Квартиру и машину сам себе купил. Но я не олигарх. И личного повара у меня нет.

— Какая у тебя машина?

Я мнусь и медлю. Впервые мне стыдно признаться, что у меня «Порше Кайен».

— «Мазда», — вру и не краснею.

Она недоверчиво хмурится.

— Что-то мне не верится, что человек, который так одевается, ездит на «Мазде». Я уверена, что шмотки в твоём гардеробе стоят дороже любой «Мазды».

Черт, она, как всегда, права.

— А почему ты одеваешься в масс-маркете, раз твои родители такие богатые? — решаю атаковать ее встречными вопросами.

— Потому что я больше не беру деньги у своих родителей, а сама я на зарплату учительницы не могу позволить себе туфли Chanel и сумочку Dior.

— С чего вдруг такая гордость?

— Я выбрала для себя такой путь. Я в любой момент могу позвонить отцу, и он переведёт мне любую сумму, какую я попрошу. Но я не хочу больше так жить. Я выбрала для себя другую жизнь.

— Жизнь школьной учительницы в маленьком городке?

Я говорю это и прикусываю язык.

Мои слова могли прозвучать насмешливо и обидеть ее. Но Селеста либо не замечает моей интонации, либо она ее не оскорбляет, потому что девушка вполне спокойно отвечает:

— Да, я решила жить в маленьком Плезире и стать школьной учительницей, отказавшись от денег и богатств. Это был мой осознанный выбор, который я сделала для себя три года назад. В моем шкафу до сих пор висят дорогие брендовые шмотки, но я не надеваю их.

Я больше не задаю вопросы. Она сказала, что выбрала для себя такой путь три года назад. И до этого она мне говорила, что рассталась со своим парнем три года назад.

Это как-то связано? Она после расставания с ним решила переехать в маленький пригород столицы и устроиться работать в школу? Похоже на то. Видимо, это было очень тяжелое расставание для Селесты, раз она решила так кардинально изменить свою жизнь.

Мы сворачиваем на другую улицу, не менее оживленную, чем была до этого. Тут еще больше баров и клубов, возле которых люди курят толпами. Мне вдруг становится интересно, какая у них тут ночная жизнь.

— Селеста, давай зайдём в какой-нибудь бар?

Она резко останавливается и недоуменно на меня смотрит.

— Ну, выпьем, потанцуем. Не хочешь?

Она мгновение на меня смотрит, потом оглядывается по сторонам на заведения.

— Ну давай зайдём куда-нибудь. Я все равно хочу в туалет.

Мне еле удаётся подавить смех. Она так легко и просто говорит «Я хочу в туалет», что это даже удивляет. В Москве ни одна девушка на первой встрече с парнем так не скажет. Максимум «Мне надо в дамскую комнату». А тут так просто и по-человечески — «в туалет». Ее естественность меня удивляет все больше и больше.