На него и вышел Алекс Шторм, когда ему понадобилось нелегально проникнуть в Тикси. Морозов выправил немцам все необходимые документы и разрешения, пользуясь своими обширными связями в городском отделе милиции и паспортном столе. Кроме того, уже доказана его причастность к пожару в городском морге. На допросе он признался и в том, что воспользовавшись моментом, похитил содержимое портфеля немецкого подводника, а также удалил все снимки этих документов из фотоаппарата начальника пограничной заставы. Ну вроде теперь всё. Хотя нет, подождите, — генерал улыбнулся, — между прочим, майору Ростовой пришло на адрес нашего Управления письмо, — генерал хитро подмигнул и протянул мне конверт.

Я посмотрела на штемпель отправителя — Владивосток, пожала плечами и тут же вскрыла конверт.

«…Уважаемая Наталья Александровна! Огромное спасибо Вам за хлопоты. С радостью и гордостью сообщаю Вам, что ваш покорный слуга Козлов Илья Тимофеевич полностью реабилитирован и восстановлен в воинском звании подполковник. Назавтра вызван в городской военкомат для вручения в торжественной обстановке боевых наград, которых я был несправедливо лишён. Большой привет и благодарность Вам от всей моей семьи. Ещё раз огромное человеческое спасибо за Вашу доброту и чуткость к человеческим бедам. Дай Вам бог здоровья и удачи во всём.

С глубоким уважением, полный кавалер орденов Славы, подполковник запаса Козлов И.Т.»

Я вложила письмо обратно в конверт и, к изумлению присутствующих расплакалась, как девчонка. Слёзы радости текли в три ручья и я никак не могла остановиться.

— Наташка, ты что? — Егор обнял меня за плечи и осторожно притянул к себе. — Успокойся, всё же хорошо закончилось.

— Ничего-то вы так и не поняли, мужики. Вот теперь операцию «Смоленский капкан» действительно можно считать завершённой… — я выскользнула из объятий Егора и, уже не скрывая радости, положила на стол перед генералом мокрое от слёз открытое письмо…