Ну почему же я настолько глупая?

— Давай-ка домой. — девушка поднимает меня с корточек, похлопывая по спине.

— И ты будешь работать за двоих? Нет, Карин.

— Топай! — злится она. — Вечер понедельника, октябрь, кому нужны подарки? Справлюсь. Давай. — она накидывает мне на плечи пальто, и подталкивает к двери. — Вот, постой на улице, подыши свежим воздухом. Как успокоишь свою совесть - иди отдыхай. Как-нибудь подменишь меня, вот и всё.

Она выпихивает меня за дверь, на шумную улицу. Хотя начало октября, после теплого магазина холод кажется поистине собачим, и я ежусь, запахивая пальто. Люди куда-то спешат, огибая меня. Все вокруг усеяно ярко-алыми листьями клена. Они плавают в лужах и прилипают к ногам.

Внезапно кто-то крепко хватает меня за руку, и я вздрагиваю.

— Ты моя мама? — звенит в воздухе наивный, детский вопрос.

Я в шоке опускаю взгляд. Меня держит светленькая девочка лет трех-четырех на вид. Она свитере, таком же красном, как и листья, в джинсах и сапогах. Куртки и шапки нет. Почему она одна и в таком виде? Где ее родители?!

— Я потеряла маму и папу. — продолжает она. — Мне сказали, что у моей мамы красивые волосы. Как у тебя. Значит, ты моя мама?

Никогда не слышала, чтобы дети именно так искали родителей. Она сирота из детского дома? Вряд ли. На ней недешевая одежда, косички заплетены аккуратно. Из-под воротника свитера выбилась золотая цепочка, неаккуратно цепляясь за ткань.

К тому же, тут нет ни одного детского дома поблизости. Вероятнее всего, у ребенка нет только мамы. Мне приятно за комплимент о красивых волосах, но стать вот так мамой я ей не могу.

— Где твой папа? — спрашиваю я, быстро сориентировавшись в ситуации. — Как его зовут?

Сейчас найду его и тресну по голове. Маленькая девочка вечером на улице одна, недалеко дорога, по которой едут машины - благо, там сейчас собралась пробка. А если она на извращенца наткнется? Или провалится в люк?

— Мой папа - самый богатый и крутой человек в этой стране. — гордо говорит девочка, будто повторяя заученные слова.

— Да? — заинтересованно улыбаюсь я. — И где ты его видела в последний раз?

— Не знаю. — она вздрагивает, заметив что-то за моей спиной и с визгом прячется за мою ногу. — Помоги! Там плохие дяди.

Обернувшись, я холодею.

Несколько мужчин направляются к нам. Грубые, на лицах зверские выражения, один другого страшнее. Вскинув руку ко рту, зажимаю его, стараясь так же глупо не взвизгнуть, как малышка.

— Отойдите от девочки. — Произносит самый страшный из них. Он слишком огромный и куртка на нем вот-вот треснет по швам. Мужчина прихрамывает чуть на одну ногу, приближаясь. Пригнувшись, он протягивает руку. — Арина, иди сюда. Пожалуйста.

— Я не могу отойти. — севшим от страха голосом говорю я. — Во-первых, кем вы приходитесь ребенку? Хочу видеть ее родителей.