– Знаешь, в чем я действительно завидую Белле? – беспечно говорю я.

– В том, что ее жизнь наполнена волшебными приключениями?

– Про возможный тройничок не стоит спрашивать?

– Нет, – смеюсь я. – Я завидую, что со всеми странностями родители все равно любят ее, особенно отец. Он, конечно, неловкий и чудной, и все равно… то, как искренне он за нее волнуется, как отчаянно хочет поладить, даже несмотря на то, что она выросла без него, поражает. А вот Белла ведет себя как овца. Согласен?

– Потому что в ее возрасте самое время сепарироваться от родителей, и она успешно прошла этот шаг.

– Решив стать вампиром?!

– Даже если так, – безмятежно отвечает он. – Катюш, многие взрослые люди годами живут в кандалах родительского одобрения, и это, между прочим, основная причина большинства психологических травм.

– Поэтому ты не общаешься с отцом?

– Отчасти. Хочешь расскажу историю, которую мы не так давно откопали на одной из сессий с моим врачом?

Поворачиваюсь и приподнимаю подбородок. На лице Дария мерцает свет от экрана телевизора, взгляд опущен, дыхание спокойное.

Он не кажется удрученным, скорее расслабленным, но я не хочу лезть ему в душу только для того, чтобы получить аргументы в споре, который даже значения не имеет.

– Если ты сам хочешь поделиться, то я с удовольствием…

– Какая ты тактичная, – с лукавой улыбкой говорит он. – Я был гиперактивным ребенком, меня не останавливал ни страх, ни боль. Видел дерево, лез на самый верх, по лестнице спускался только бегом или верхом на перилах. В общем делал все, от чего у взрослых волосы вставали дыбом.

В более осознанном возрасте это переросло в страсть к экстриму и импульсивным действиям, но вот началось все с одного-единственного момента, который я вспомнил только под гипнозом. Мне было четыре, мать тогда уже несколько месяцев находилась в реабилитационном центре после очередного передоза, а отец никогда не отличался теплым отношением ко мне или сестре, поэтому за нами часто присматривали бабушки…

Задерживаю дыхание, Дарий поглаживает мое плечо.

– Да, Катюш, моя мать была наркоманкой, – кивает он с тихим смирением.

 – Про таких еще фильмы снимают: муж все время работает и изменяет с кем попало, а она из-за этого страдает и тратит его деньги на то, чтобы забыться. Не будем на этом останавливаться, ладно? Приятного мало.

– Хорошо, – приглушенно отвечаю я.

– Так вот, мы с сестрой играли в гостиной. Я запустил машинку через комнату и сбил со стены часы. Это был подарок на свадьбу от кого-то из родственников, но после падения он превратился в отличный конструктор из нескольких деталей.