Наша дружба началась в мои пятнадцать и его двадцать два. В тот день, я в очередной раз умоляла дядю устроить меня в нормальную школу, как всех девочек, но он ответил категоричным отказом. Разумеется, я сразу побежала в укромное и тихое место, которое нарекла «своим» и плакала там пока полностью себя не опустошила от слез и обиды.

Алессандро нашёл меня, нарушив мой покой легким покашливанием. До этого случая он никогда не заговаривал со мной. Я вообще чувствовала, что дети Доменика не принимают меня, и от этого было только хуже. Но как оказалось, Андро просто не знал как со мной заговорить и как подступиться к девушке, которая, пережив серьезную травму, не подпускала к себе никого, кроме новорожденной Селены. По крайней мере, он сказал, что первое время я выглядела так, словно не хотела общения, и шарахалась от любой попытки ко мне приблизиться.

Помню, как подняла на него взгляд тогда и почувствовала, как в сердце расцветает бутон надежды. И веры, в то, что я не одна. Вот и сейчас, когда я смотрю на Алессандро, в моей душе воспроизводится подобное чувство.

– Мия, – произносит он одними губами.

– Андро, – беззвучно отвечаю я, по-прежнему находясь в непосредственной близости с Кианом.

На мгновение кажется, что для нас с Алессандро никого больше сейчас не существует в этом мире. Мое сердце пропускает удар, но не от радости… а от страха и напряжения, что дамокловым мечом проходит между Кианом и Алессандро.

Морте держит меня за предплечье хваткой собственника и когда Сандро замечает это, он просто не может отвести взгляда от нас, переводя взор то на меня, то на область зажатого кулака Киана. А если ко всему этому ещё добавить мой вид, лохматой и потасканной в машине женщиныы, облаченной в рубашку и джинсовую куртку врага…

Братья всегда переживают за своих младших сестер, это факт. Особенно, в таких отношениях, как у нас с Алессандро. Но я и подумать не могла, что он будет буравить Киана таким смертоносным взглядом.

Впрочем, Киан отвечает своим фирменным и не менее уничтожающим. Убийственным, контрольным и подавляющим. Взор непобедимого Призрака. От ярости на его скулах проявились характерные бугорки, притягивающие мое внимание.

Черт. Будь он проклят, но как можно быть таким мужественным? Красивым, идеальным? Даже его «уродливый» шрам кажется мне произведением искусства.

– Отпусти Памеллу, – звонкий голос Киана нарушает немую схватку двух кланов, каждый из которых встает полукругом вокруг своих ведущих. – Осуществляем одновременную передачу по кодексу. Оружие на пол. Руки вверх. Всем, без исключения, – после приказа Киана, все секьюрити, или как называли они их между собой – солдаты, приступают к его выполнению.