— Если твой Роман жив, мы его найдем и… Так что жди: даст бог, получишь от своего брата малявку…

А через три недели Сержант стоял вместе с Ангелом на той самой лестнице в зале аэропорта Шереметьево-2, где почти год назад они впервые встретились и пожали друг другу руки. Уже объявили регистрацию на рейс «Аэрофлота» до Рима. Сержант летел в Италию один: его подручные — Лесоповал, Сизый и Домовой — выехали на место будущей сложной операции кружным путем, через Германию и Австрию, поездами. В их багаже переправились три разобранные винтовки с оптическими прицелами, боеприпасы.

На железной дороге у Варяга все было скачено и по их багажу никакого досмотра не производилось. Сержант летел налегке — с паспортом российского гражданина Дмитрия Сергеевича Сухарева.

Ангел довел его до таможенной зоны и, как-то странно помявшись, полез в карман и вынул синеватый почтовый конверт без марки. На конверте торопливой рукой было написано «Для Степана Юрьева».

— Вот, Владислав просил тебе передать.

Степан, уже догадавшись, что там, и внезапно вспотев от волнения, выхватил у Ангела из руки конверт и надорвал клапан. В конверте лежал сложенный тетрадный листок и небольшая фотография.

Да, сильно Рома изменился: превратился в настоящего мужика… Хотя даже в этом исхудалом мужике сразу можно было узнать того пятнадцатилетнего мальчишку, которого Сержант видел последний раз без малого два десятка лет назад…

А письмо было коротким.

— «Здравствуй, брат! Наслышан о том, что ты меня ищешь. Спасибо за память. Тут за меня хлопотали такие люди, что и представить трудно. Видно, ты и сам теперь стал весовой, если держишься таких мастей. Очень хочу тебя увидеть. Да вот небольшая заминка приключилась — срок мотаю длинный.

Не сможешь ли ты чего-нибудь придумать, чтобы укоротить? И вообще, где самого мотало все это время? Дай знать. Твой брат Рома».

Сержант сложил листок и сунул обратно в конверт. Помолчал, а потом перевел тяжелый взгляд на Ангела.

— Ромка пишет, что у него большой срок. Нельзя ли ему скостить или… устроить побег?

— Можно, отчего ж нельзя.

— Все расходы беру на себя, — твердо добавил Сержант, давая понять, что не хочет укрупнять свой долг перед Варягом. — Кого надо будет подмазать, подмажу.

Из охраны или из местного начальства… Я дам бабок сколько надо. И еще — пускай ему заранее смастерят два паспорта: один российский, настоящий, и гражданина Греции. А я после Сицилии, когда там все уляжется, вывезу его с собой в Европу.

— Хорошо. Сделаем, как ты хочешь. Варяг просил на словах вот что тебе передать: мы твоего Романа выковыряем с зоны, но только сейчас все силы надо бросить на разбирательство с нашими сицилийскими корешами. А после завершения операции получишь своего брата в целости и сохранности.