А у нее было только одно — увидеть суженого.

И сейчас она смотрела на него, и понимала, что это вовсе не принц Гаярд. Это… И да. Если он сейчас вырвется на свободу, вполне возможно, что они больше никогда не увидятся. Это их последние минуты вместе.

Все это чушь. Сказка, в которую она отказывалась верить. Сон. Может, она вообще спит, умаявшись от жары в том особняке, а это все ей снится!

Но ведь у нее осталось еще два желания так? Дать ему свободу, и вернуться домой.

— Придумал? — спросила Лена.

— Да, — кивнул он и замер напряженно.

Ну вот, сейчас все произойдет, подумала Лена и, сама не зная, почему спросила:

— А… каким ты будешь?

В ее представлении джинн — это ведь что-то бесплотное? Или нет. Ведь он говорил, что когда-то давно был человеком?

— Для тебя я буду таким, как ты захочешь, — проговорил он, сжав ее руки своими.

Что она чувствовала в тот момент?

— Я хочу, чтобы ты был собой.

Даже если они никогда больше не встретятся.

Со стороны коридора послышался шум, голоса и топот ног.

— Пора, — ахнула Лена, оглядываясь на дверь, и прижимая ладони ко рту. — Пора! Выходи! Сейчас!

Странный толчок произошел, как будто сдвинулось пространство-время, выпуская вихрь и яркий свет. Закружилось все! И вдруг посреди всего этого хаоса у нее перед глазами снова возникло то самое зеркало. Оно дрожало дымкой и серебрилось как живое, а по металлической раме бежали огненные искры. А потом это живое серебро выплеснулось, утягивая ее за собой.

Лена успела услышать только его голос, похожий на рев морских волн:

И все. Ее накрыло темнотой.

А в следующее мгновение…

Вокруг была темнота.

Только прямо перед ней бледно светился дверной проем. Лена невольно сжалась. В прошлый раз ее занесло на пляж, а сейчас в какую-то маленькую тюрьму???

Впору было начинать визжать от испуга, но тут она вдруг поняла, что сидит на полу в собственной ванной. А темно, потому что свет в ее квартирке — студии не включен. И на дворе ночь. Она дома.

Лена потерла лоб, а потом встала, вышла из ванной и доведенным до автоматизма жестом включила свет. Уставилась на себя, хмуря брови. В зеркале над раковиной отражалась растрепанная она, волосы кое-как резинкой перехвачены. На ней тот самый сарафан. Опустила взгляд вниз — одна сандалия.

А где же зеленые шаровары и гаремная обувь со стразами?

Черт. Как-то это все в голове не укладывалось.

Сумки своей Лена не нашла, побрела в кухню, там на столешнице у нее лежал второй «домашний» телефон с треснувшим стеклом. Включила, посмотрела входящие, почесала озадаченно голову. Потом набрала номер своего помощника Гарика, который у них в фирме был на все руки.

Из трубки послышалось:

— Лен Санна, вы где?

— Дома я, — сказала Лена, хмурясь и силясь вспомнить все.

Только на ум приходили совсем уж странные вещи.