– Да, напугай мою близняшку до смерти, чтобы она больше никогда этого не делала.

− Обещаю, я сделаю все возможное, − заверил ее Кейд.

− Кейд, я знаю это жестоко, но… так больше не может продолжаться. Я так больше не могу, − ее голос сорвался. В телефоне вновь раздался шум, Риз взял трубку. – Спасибо, что позвонил, дружище. Можешь звонить мне, если тебе что−то понадобиться, договорились?

− Будешь держать нас в курсе?

− Конечно, − успокоил их Кейд. Черт, ну почему Дафна разрушала так много жизней? Он знал, насколько тяжело было Одри… но в тоже время он завидовал тому, как она смогла обрубить все концы.

Вероятно, пришло время ему сделать тоже самое.

Прошло несколько часов, прежде чем врач Дафны разрешил пустить к ней посетителей. Кайли уехала в отель, поспать после бессонной ночи ожидания в больнице, но Кейд остался. Кто–то должен был быть с Дафной, и эта участь выпала ему.

Когда он все-таки прошел в ее палату, он испытал огромное облегчение от того, что ее перевели из интенсивной терапии в обычную одноместную палату. Дафна повернулась к нему, под глазами были темные круги, а улыбка слабой.

− Привет, Даф, − ответил он, подставляя стул к ее больничной койке. – Как ты себя чувствуешь?

− Уверен, ты ждешь от меня нотации, но я здесь не для этого.

Дафна сжала пальцами трубку прикрепленную пластырем к ее руке.

– Дай угадаю, ты приберег это для Одри, да?

− Нет, Одри не приедет.

– Она не приедет. Она сказала, в прошлый раз она предупредила тебя, что больше не намерена реагировать на твои передозировки. – Ему было противно говорить это Дафне, но что ему оставалось? – И Гретхен тоже можешь не ждать.

Кейд наблюдал, как Дафна всхлипнула, шмыгнула, и вытерла нос рукой.

– Ну и пошли они. Конечно, зачем поддерживать сестру, когда она в них так нуждается. Пофиг, плевать. Уверена, мисс идеальная Одри только и твердила, какая я никчемная, да?

– Ничего подобного, – сказал Кейд. – Она была очень расстроена. Ты знаешь, она тебя любит, и ей тоже сейчас нелегко. И самое последнее, что мне хотелось делать – это сообщать беременной женщине, что ее сестра снова пыталась покончить жизнь самоубийством.

– По крайней мере, у меня есть ты.

– Ошибаешься, не после того, что случилось.

Глаза Дафны округлились.

− Я всегда буду любить тебя, как друг. Всегда. Но я решил двигаться дальше, и хочу, чтобы ты об этом знала. А сейчас, ты должна прочитать вот это, и сказать все ли тебе нравится. – Он передал ей листок с текстом, который он писал всю ночь.

Она взяла его, и, прочитав первые строки, сморщилась.

– Я вырос с Дафной Петти, когда она еще была конопатой, с рыжими волосами и любила быть в центре внимания. Прошли годы, и она совершенно не изменилась. – Дафна опустила руки.