Возможно, сыграло роль то, что впервые в жизни мама дала возможность дочери сделать самостоятельный выбор, возможно, сама Тамара проявила неожиданную твердость, но тема Москвы была закрыта окончательно. Она будет учиться там, где училась. Потому что у нее есть новые друзья, есть Инночка и… есть Леша Радченко, о котором она не переставала думать ни на минуту.

Много лет спустя она узнала, что на тот момент родственники действительно строили далеко идущие планы: подыскивали невесту отпрыску дипломатической семьи. Будущая жена должна была быть неглупа, недурна, без вредных привычек.

Желательно провинциалка, а не москвичка: менее капризна, менее избалованна, зато более покладиста. Участь жены дипломата — жить в тени мужа, но при этом оставаться ему надежной опорой, и девушка вроде подходила по всем статьям. Но для начала требовалось ее перевести на учебу в Москву.

Все это Тамаре и ее матери на тот момент было неведомо. В воскресенье вечером раздосадованные родственники уехали ни с чем. А утром следующего дня, завидев под окнами мамину служебную «Волгу», Тамара подхватила дорожную сумку, взяла ключи от входной двери, и вдруг в дом влетела Антонина Степановна.

— Сядь! — буквально рявкнула она с порога.

Тамара безропотно присела на кухонную табуретку. Тон, каким это было сказано, и воинственный вид матери не предвещали ничего хорошего. Внутри все сжалось. Это состояние ей было знакомо с детства: стоило маме повысить голос, как хотелось втянуть голову в плечи, уменьшиться до микроскопических размеров и спрятаться в какую-нибудь щель.

Только бы не видеть и не слышать Антонину Степановну в гневе! Самое странное то, что мать и дочь успели попрощаться буквально полчаса назад. Что же такое могло стрястись за это время?

— Мне только что звонил Петр Викторович, — сообщила мать и буквально впилась в дочь взглядом. — Это правда, что ты связалась с плохой компанией? Отвечай!

— Я ни с кем не связалась, — ответила та дрогнувшим голосом.

О том, что декан может позвонить матери, она даже не подумала.

— А вот Петр Викторович утверждает обратное. Тогда следующий вопрос: кто такой Алексей Радченко? Смотри мне в глаза!

Зрачки у Антонины Степановны сузились, и Тамаре показалось, что в этот момент ее не просто пронзили взглядом, а прочитали все мысли до единой. Тут же покраснев, она опустила ресницы. Затянувшуюся паузу и поведение дочери мать поняла по-своему.

— Значит, так оно и есть. Да как ты могла! — взорвалась она и стукнула кулаком по столу.