— По латыни это означает «гора Мученика»: по преданию, в двести семьдесят втором году здесь был обезглавлен первый епископ Парижа святой Дионисий. А в девятнадцатом веке здесь поселились художники, для которых само понятие богемной жизни означало возможность жить и творить свободно. Малоизвестные и знаменитые художники оставили на Монмартре след своего творчества. Но не только они: Пуччини, например, написал здесь оперу «Богема». Правда, сейчас в превосходно отреставрированных домах на холме Монмартр живет состоятельный средний класс, а по-прежнему непрезентабельный вид имеют разве что «отели на час» в квартале красных фонарей.

Видишь крылья мельницы? Это и есть «Мулен-Руж», и именно на его сцене родился канкан! Жаль, нет времени, а так мы прогулялись бы по торговой улице Лепик, — вздохнула она.

— Слушай, все хотела спросить: я нормально одета по парижским меркам? — задала неожиданный вопрос Тамара, когда они стали в огромную очередь у входа."

"— Нормально, — успокоила подруга, бросив взгляд на облегавший стройную фигуру бледно-сиреневый костюм. — Ты и раньше умела подбирать одежку и в пир, и в мир.

Третий день тебя вижу, третий комплект одежды, и третий раз ты меня удивляешь идеальной гармонией цвета, стиля и умением создавать новый образ. Кстати, где там у вас сейчас принято одеваться? — поинтересовалась Инна.

— Как и раньше, все зависит от толщины кошелька и вкуса.

— А ты? У тебя каждая мелочь продумана: цветовая гамма, сумочка, обувь.

— Получить такой комплимент от дамы, живущей в Париже, — высшее достижение! — рассмеялась польщенная Тамара. — Когда как: что-то подбираю по каталогу, что-то покупаю за границей, какую-то часть одежды беру у приятельницы, которая привозит вещи все из той же Франции.

Если очень понравилось, могу купить с ходу, не задумываясь над ценой. Но, честно говоря, я не зациклена на одежде. А о том, что продается в наших магазинах, из-за нехватки времени не имею никакого понятия: забегу купить подарок — и обратно.

— В ногу со временем, — согласно кивнула Инна. — Если ты заметила, в Париже люди делают моду, но не носят. Хотя по окружающим нас людям об этом нельзя судить, — огляделась она по сторонам, — здесь в основном туристы.

Что касается меня, то я предпочитаю качество и удобство.

— Я это уже заметила. Только твои удобные вещи словно сняты с манекенов самых именитых магазинов, — отметила Тамара и скользнула взглядом вдоль очереди. — Сколько разного народу! Не знаю, как ты, но я больше люблю наши лица. Иногда глянешь — стоят девчушки-пичужки: улыбка, глазки, ножки стройные. Счастливые, довольные, все у них впереди, и счастье, и горести… — Она неожиданно замолчала.

— Э-э-э! Куда тебя снова понесло? — дернула ее за рукав Инна.