Шварц очень тихо шепнул, словно его мысли случайно вырвались:

– Он бил слишком сильно. Думаю, потом даже пожалел, раз не добил. А может и нет, раз отвез меня в ту чертову лечебницу и бросил.

Этот парень не был ни умником, ни опытным бойцом. Но у него было чистое и невинное сердце с огромными резервами неисчерпанной любви, которую ему было некому дарить. Но теперь есть. И теперь он получит ее за все годы страдания с лихвой.

– В легенде о происхождении охотников сказано, что метеорит с магическими свойствами упал на Землю, – заговорила я. – Его нашел колдун и расколол на тысячу камней. Он собрал всех мужчин своего селения, чтобы вырвать их сердца и заменить камнями. Так на свет появилась тысяча охотников – бессмертных отважных воинов. Но знаешь, сколько мужчин из того селения погибло?

Шварц вопросительно изогнул бровь.

– Еще около тысячи. У них была магия колдуна, они были здоровы и сильны. Но сердце…

– Сердце принимает лишь достойный, – Шварц закончил фразу и послал мне благодарный взгляд. – Первая строчка в кодексе.

– Я рада, что ты ее запомнил. А теперь, пожалуйста, не забывай, кто ты. И почему тебе пришлось пройти столь сложный путь.

Шварц повернул ко мне голову, и я опять поймала этот влюбленный взгляд.

– Я точно не ангел, спроси у Юлы! – заявила я, опять рассмешив его.

– Спроси у кого угодно, – голос Лома донесся с дома, и так мы поняли, что нас нагло подслушивали. Он появился вовремя, поймав летящий в нашу сторону мяч. За ним из дома вышел Код.

– Эй, идите к нам! – позвали мальчишки, и парни, переглянувшись, побежали играть к морю.

Они дурачились, плескались водой и валялись в песке. А я, смотря на них, понимала, какой бы мрачной не была жизнь, даже крохотный луч света найдет свой путь.

Что-то заерзало по полу, заставив меня обернуться. Юла, взлохмаченный, сонный и до чертиков сладкий в своих пижамных штанах в тыковки толкал ногой картонную коробку, неся при этом две чашки кофе. Мы пили его не потому, что нам нужно было взбодриться, просто я не хотела забывать вкус еды. Хотя мне казалось, она вся становится совершенно идентичной. Что кофе выпить, что испорченной селедки съесть – вкус один. Другое дело, когда обезглавливаешь упыря! Насыщение и полное удовлетворение минимум на неделю.

– Это мне? – спросила я. Юла не ответил, пока не вытолкал коробку на крыльцо. Протянув мне чашку, он разлегся на ступеньках и пожелал мне доброго вечера. Еще бы он не был добрым после бурного утра! Рыжик не прекращал скалиться чуть ли не до ушей.

– Хочется затолкать в тебя килограмм лимонов, – поделилась своими мыслями. Он отставил чашку и вырвал мою, когда я попыталась сделать глоток.

Протест был приглушен очень быстро, когда Юла перетащил меня на себя, усаживая верхом.