Только самое главное, сокровенное суметь бы спросить…

Когда наконец они вошли в келью, все вопросы улетучились.

Они стояли на коленях перед маленьким худеньким изможденным старичком.

– Ну что, иностранцы пожаловали? – сказал он с полуулыбкой, положив руку на голову Андрюши.

Ты русский отрок, Андрейка? Какая твоя дорога? – спросил вдруг старец.

– Вы знаете мое имя? – поразился мальчик.

– Имя услышать нетрудно, за тобой твой ангел стоит. Иди по дороге, которую Он укажет. Помни всегда, что ты – воин Христов. Запомнил?

– Да, – кивнул отрок.

– Иди теперь. – Старец перекрестил мальчика.

Он усадил ее на скамеечку у окна и сам сел рядом.

– Не своей дорогой шла, вот у тебя и печаль. Выбирай свою. Сажай свой сад. Выращивай.

Свете казалось, что она все поняла. Все-все. Главное – про сад.

– А Андрейка, сын? Как с ним?

– А это – первое деревце в твоем саду. Сама знаешь. Береги его. Ты мать. Убережешь. Ты – сильная. Сама еще другим подскажешь. В грязь не лезь. От грязи подальше. Бог тебя направит.

Он положил руку на ее голову, как прежде Андрюше. Огромная сила шла от руки, передавались тепло и вера.

– Молись, – велел старец на прощание. – Молись, выходи на свою дорогу и не бойся ничего.

Андрюша ждал мать на порожке. Лицо его было совсем другим, чем прежде. Глаза сияли.

– Мама, я это никогда не забуду, – с огромным чувством произнес сын.

Потом вгляделся в лицо матери и удивился:

– Как ты изменилась!

– Ты тоже, – обняла его Света, – ты тоже, дорогой.

– Мы сильные! Мы справимся! Да, мам? Мы – воины Христовы…

«Все он понимает», – пронеслось у Светы в голове.

Печалиться было нельзя. Впереди дорога. И сад. Это она запомнила на всю оставшуюся жизнь.

– А знаешь что? Пойдем в святой источник окунемся, а? Рискнем?

Вот что пришло ей в голову! Однажды, несколько лет назад, она уже окуналась в ледяную купель, находящуюся у монастырских стен. Это были ни с чем не сравнимые ощущения: полутьма, вода, близкая по температуре к нулю, ноги, посылающие всему телу сигнал: «дальше не иди», захолонувшее сердце. Окунуться полагалось трижды. Она сделала, как полагалось, боясь, что выйти из купели уже не сумеет. Зато когда вышла, как заново родилась: столько сил откуда-то взялось! Андрейку она тогда с собой не повела, хотя другие детки, даже маленькие совсем, окунались бесстрашно. Не в первый раз, наверное.

– Рискнем, мам! – Сын ее любил рисковать.

В купальню заходили по очереди: то несколько женщин, то несколько мужчин. Вместе могла войти семья.

– Мы будем вместе, я тебе помогу. Главное не бояться, молиться, – наставляла Света.

У домика очереди не оказалось. Дневное время, повезло. Сидела только на лавочке у входа женщина лет сорока пяти с улыбающимся в пространство молодым человеком, сыном, наверное. Света их видела в очереди к старцу.