Однако это не означало, что Николетт собирается становиться благонравной, воспитанной, прилежной, сдержанной и молчаливой невестой генерала, которого ни разу не видела и который, как она подозревала, по возрасту немногим отличается от отца. У Николетт был другой план, как освободить в конец измотанного папеньку от забот о младшей дочери – найти работу. Николетт надеялась, когда он увидит, что она вполне в состоянии позаботиться о себе сама, то оставит попытки срочно выдать её замуж.

Поиски работы велись уже целую неделю и пока безрезультатно. Поэтому Николетт возлагала большие надежды на лорда Теодора. Если слухи не врут и у него действительно прескверный характер, то желающих работать в замке Рош-ди-Вуар, наверняка, немного. А значит, у Николетт есть хороший шанс.

Глава 2. Одна из двух основных бед

Рытвин на пути стало попадаться всё больше и больше. И не удивительно – дилижанс катил по просёлочной дороге, а просёлочные дороги Дискайской долины всегда считались одной из двух основных бед. Так любил говорить папенька. Причём, какая вторая основная беда, он умалчивал. Однако попутчика, казалось, мало волновало, что трясёт как в аду, он продолжал с любопытством поглядывать на Николетт.

– Позвольте спросить, какую работу вы ищете у лорда Теодора?

– Я слышала, ему нужен писарь.

Господин уже и не трудился сдерживать улыбку.

– Но насколько я знаю, речь шла о мужчине средних лет.

Может, кого-то и смутила бы эта снисходительная ирония, но только не Николетт. Она была готова к бою. Не с попутчиком, конечно, а с лордом Теодором, если тот заартачится рассматривать её кандидатуру. Но можно потренироваться и на попутчике, раз он сам свёл разговор к этой теме.

– Вы, что же, считаете, что юная леди не может быть хорошим писарем? – с достоинством поинтересовалась Николетт.

Господин утвердительно кивнул головой:

И Николетт ещё посчитала его обаятельным?

Дороти, которая, казалось, находилась в полудрёме, вдруг резко раскрыла глаза и окатила господина протяжным уничижительным взглядом. У того вмиг улыбка сошла с лица. В силу своего глубоко незамужнего положения Дороти это умела – смотреть на мужчин так, что тем становилось не по себе. Даже папенька лишний раз старался не попадаться ей на глаза. Хотя, вообще-то, служанка у Николетт была достаточно спокойной, но это пока дело не касалось госпожи. Вот тогда она пускала в ход своё убойное оружие.

– Отчего же Вы, милейший господин, считаете, что юная леди не может быть хорошим писарем? – поставила она вопрос ребром.

– Вы владеете скорописью? – поинтересовался попутчик у Николетт, предусмотрительно обходя взглядом Дороти.

– Зато у меня замечательная каллиграфия.

– И множество других талантов, – с гордостью добавила служанка.