Но спорить больше мужчина не решается и, сдавшись на милость вечера, ведет меня в роскошный зал не менее роскошного ресторана. 

Дальний от прохода столик, приятная атмосфера, открытая и дружелюбная компания, вино и потрясающие блюда – все в совокупности полностью отключает от времени. Я не смотрю на часы и не сижу с мыслью, как бы быстрее сбежать. Наоборот. Хочется остановить утекающее, как сквозь пальцы вода, время. Замедлить ход событий и как можно дольше наслаждаться. 

Мужчины то и дело уходят в разговоры о работе, а мы с Инной о своем, девичьем. И чем дальше, тем сильнее я привязываюсь к сестре Ильи. Словно нашла в ней подругу. Слушательницу и опору. Еще одну долгожданную в моей жизни подругу, которой могу доверить самое сокровенное. В том числе и безумно хочется рассказать правду о наших с Ильей отношениях. Если обманывать Эмму и Сергея стало уже само собой разумеющимся, то здесь… совесть грызла изнутри.

– У Каролинки в августе день варенья. Может, нам собраться всем вместе где-нибудь на базе отдыха, – предлагает Инна в середине вечера, потягивая вино. – Погода обещает быть шикарной, грех сидеть душном городе.

– Да, и думаю, дочурка будет на седьмом небе от счастья, – вторит ей Леша. – От нее я тоже успел уже наслушаться о Насте, – улыбается мужчина.

– Да-да. Звонила буквально в первый же вечер вашего приезда, расписывала в красках. И кстати, Настя, прошу прощения за ее тогдашнюю выходку.

– Не стоит. Мы уже все решили, –  улыбаюсь, чувствуя на себе внимательный взгляд Сокольского. Я вообще чувствую его каждой клеточкой, и это пугает. 

– Я вообще думала позвать на день рождения на базу ее подружек и устроить детский праздник. Знаете, что-то такое тематическое, – пожимает плечами девушка, возвращаясь к начатой теме, а мы с Ильей переглядываемся. Лично я смутно представляю, что будет с “нами” как с парой в августе. Это еще почти месяц и целое возвращение домой. 

– Там будет… – хотела сказать “видно” и плавно съехать с темы, но Илья меня опережает. Укладывает руку на спинку моего стула и подается вперед, говоря уверенное:

– Мы за, – бросая мимолетный взгляд на меня и тут же поворачиваясь к сестре, – ты же знаешь, я за любой кипиш.

А мне в очередной раз думается, как легко ему дается вранье! Неужели совсем не боится того, что в августе придется выкручиваться и придумывать причину отказа. Или я чего-то не знаю, и Сокольский решил “продлить” наш роман?

– Тогда заметано! – улыбается Инна, а я прячу смущенную улыбку за бокалом вина и чувствую, как сжимает под столом мою коленку мужская ладошка. Приободряюще.

– Нужно подумать по поводу подарка, – продолжает Илья.

– Уже? Успокойся, дядя, у тебя целый месяц впереди!

– Ты же знаешь, я в этом вопросе не мастак.