Это ведь ложь во спасение? Так почему бы не воспользоваться ею? Почему рхангова совесть проснулась именно сейчас? Что ей стоит заткнуться ради блага Эльвериолла?!

– Ваше Высочество… – заговорил он хриплым голосом. – Великая Мать передала вам это…

Он порылся за пазухой и протянул Эландрилю крученый шнурок, на котором висел потемневший от времени костяной диск.

Всю поверхность диска покрывали странные письмена. Они начинались у края и шли по спирали, причем руны уменьшались к его центру, где сходили на нет.

– Что это? – погасший взгляд эльканэ скользнул по нему без всякого интереса.

– Ширхамм. Великая Мать сказала, что он обнажает истинные чувства и мотивы. Вы должны лично дать его Ринкьявинн. И если…– Рив запнулся, мучительно подбирая слова. Потом отвел взгляд в сторону и глухо пояснил: – Если уркх ей дороже, ожерелье само расстегнется. Но если бы вы спросили меня…

– Не стоит, – Эландриль сел, подтянув колени к груди, и протянул руку. – Я уже все решил.

– Ваше Высочество! – Рив сжал в пальцах диск, мечтая его раздавить. Реликвия, наполненная древней магией, пульсировала, словно живая, покалывала подушечки пальцев. – То, что вы собираетесь сделать, подобно самоубийству!

Ледяной голос принца заставил регента вздрогнуть и выпустить Ширхамм.

Костяной диск упал в подставленную ладонь Эландриля.

– Мы уже все обсудили, – прохрипел эльканэ, сжимая пальцы. – Я не могу поступить иначе. Ты знаешь.

– Можете! Солгите ей! Скажите, что нет возможности снять эти рханговы ожерелья. Ведь она ваша эллевиан! Как вы будете жить, зная, что она принадлежит другому? И Великая Мать сказала, что от судьбы невозможно сбежать! Вы предназначены друг для друга!

– Она и так не моя, – отрезал принц с яростью. – Ее мысли и сердце занимает другой. И мне там нет места.

Он опустил голову, черные волосы закрыли его лицо. Рив слышал только голос: глухой, наполненный болью, цедящий каждое слово так, словно они жгли его изнутри адским пламенем:

– Я же вижу все ее мысли. Все ее чувства лежат передо мой, как на ладони. Ты хоть можешь представить, что я испытываю, когда она рядом?.. Да, я могу ей солгать. Я даже хочу это сделать. Оставить ее себе, сделать своей, любить до безумия… Думаешь, мне этого не хочется? Да я схожу с ума только от мысли, что она будет с другим…

Он мучительно выдохнул. И продолжил:

– Но даже если я силой заставлю ее остаться, это ничего не изменит. Наоборот, ее чувства к Арнбранду только усилятся. Она будет жить ими, своим прошлым, всем, что связано с этим уркхом. И возненавидит меня…

– Но то, что вы собираетесь сделать…

– Я выбрал меньшее из зол. И поверь, я хорошо подумал. Очень хорошо.