Какая-то сложная органика, которую с трудом (постоянно меняя показания), но все-таки считывал сканер.

Я прошел в пещеру, стараясь не наступать на особо плотные скопления, и замер посередине. Ждал полного сканирования с вердиктом об агрессивности среды. Но так и не дождался. Система, кажется, решила, что мы через обычный шлюз прошли, и даже запустила процесс выравнивания температуры брони и окружающей среды. Обычно это происходило еще в шлюзе, чтобы дроиды потом банально не были ходячими холодильниками, до которых даже дотронуться нельзя.

Что же? Я был впечатлен.

Сразу же наскреб максимум образцов во все оставшиеся целыми контейнеры и уселся на пол. Дал команду раптору, охранять вход, а сам принялся за ремонт Хомяка. Потратил треть запасов скайкрафта и на спота, и на себя и вышел из синхронизации до момента полного ремонта.

Глава 24

Добро пожаловать в центр управления «Буревестника»

ЧИЛАБ на страже!

Вошел в синхронизацию, испытав легкое чувство дежавю — опять морда раппорта вплотную. Голова только набок повернута, и миниатюрные ушки прижаты. Изучает. С явным намерением цапнуть. Надышал уже на визор своей агрессивной среды, что и запотело и разводами пошло.

Я мысленно послал Фиалке стандартный, волшебный заговор: мы с тобой одной крови и энергии — ты и я!

Сработало! Раптор открыл пасть и лизнул визор тонким шершавым на вид языком. Оставив след фиолетовой кислотной слюны, которая тут же начала пузыриться под ворчливый писк системы. Неплохие такие телячьи нежности — сразу минус пять процентов заряда энергии на восстановление. Но, признаюсь, это было даже мило.

Я отпихнул раптора, перегородившего вход в «термальную» пещеру-аномалию и оценил окружение и ситуацию в целом.

Паразиты, покрывавшие стены и излучающие тепло, похоже, были мирными. Ну или беззубыми — на меня никто не позарился, даже наоборот, очертили круг чистого пространства, отступив от меня на пятнадцать сантиметров. Каменный пол с фиолетовыми прожилками в освободившихся местах выглядел шершавеньким и покрытым микроскопическими отверстиями. Похоже, что какие-то химические реакции со средой они все-таки производили.

А вот набранные образы в контейнерах были испорчены. Не прижились организмы в неволе, кучкой высохшего пепла осыпавшись на дно.

Возможно, дело не столько в самих организмах, сколько в этом фиолетовом минерале. Я снова занялся образцами — в часть контейнеров наковырял отдельных фрагментов породы, неожиданно оказавшейся довольно тяжелой, а в часть и породу и паразитов. Наигравшись в геолога-биолога, выбрался из пещеры."

"Распрямился, потянулся и улыбнулся, словно на солнечную лужайку попал, а не на дно Разлома. Еще и Фиалка решила подчеркнуть такое настроение, игриво скача вокруг.