Пока не погибла. Ее ударили ножом.

— На акции протеста.

— В тот день она заставила отца остаться дома, чтобы присмотреть за Кэти, но я был с мамой. Всего за несколько дней до этого мне исполнилось пять, но я не помню, как все произошло. Во всяком случае, мало помню. Отец даже не упоминает ее имени. И теряет самообладание, когда его произносит кто-то другой, — без интонаций выговорил Ной.

Я лишилась дара речи. Мама Ноя умерла — была убита, — и он был там, когда это случилось.

Ной выдохнул дым через нос, и тот окутал его облаком, прежде чем вылететь в окно. День был роскошным, небо — голубым и безоблачным.

Но, по мне, снаружи с тем же успехом мог бушевать ураган. Ной в мгновение ока стал для меня другим. Меня полностью захватил его рассказ.

— Рут вернулась в Англию, когда услышала, что сталось с мамой. Давным-давно она рассказала мне, что после смерти матери отец мой никуда не годился. Он не мог заботиться о нас, не мог заботиться о себе. То была просто беда… До того, конечно, как он продал душу акционерам. И Рут осталась здесь, и они поженились, хотя он ее не заслуживал и вообще стал другим человеком. И вот пожалуйста, мы все одна большая счастливая семья.

Выражения глаз Ноя за солнечными очками нельзя было разглядеть, но мне очень хотелось. Кто-нибудь в школе знал о его матери? О нем самом?

А потом мне в голову пришло, что Ной не знал о том, что случилось со мной. Я посмотрела на свои колени, теребя нитки на порванных джинсах. Если бы сейчас я ему рассказала, это выглядело бы так, будто я сравниваю наши трагедии… Будто считаю, что потеря лучшей подруги сравнима с потерей матери, а я так не считала. Но если я ничего не скажу, что он подумает?

— Я просто… — начала я.

 — Я даже не…

— Спасибо, — холодно перебил Ной. — Все в порядке.

— Нет, не в порядке.

— Не в порядке, — четко отозвался он.

Ной поднял солнечные очки, но лицо его все еще было сдержанным.

— Но в том, что отец продался корпоративу, есть свои плюсы.

Он говорил развязно, поэтому я ответила в тон:

— Например, получить машину на шестнадцатый день рождения?

Ухмылка Ноя была полна озорства:

— У Кэти «Мазерати».

— Правда. Но она еще недостаточно взрослая, чтобы по закону иметь водительские права.

— А твоя машина? Это твой знак подросткового бунта, что ли?

Уголок рта Ноя приподнялся в легкой улыбке:

Он говорил легкомысленным тоном, но в выражении его лица было нечто затравленное.

Он сдвинул брови, и мне так хотелось протянуть руку и разгладить их.

— Сомневаюсь, — вместо этого сказала я. — Думаю, это храбрый поступок. Имея такие деньги, ты мог бы столько всего купить. Не воспринять это как должное — высокоморально.

— Ты только что назвала меня высокоморальным?

— Как же мало она знает, — сказал Ной и потянулся, чтобы прибавить громкость на айподе.