Может быть, за непосредственность характера, может быть, за маленький рост? Маленький рост – это очень правдоподобно, верно?

Но Щавель, отправляя с ними Халанбери, явно имел в виду что-то другое. Похоже, была какая-то общность между Халанбери и Алхазабом. И вот тут уже Трикс терялся в догадках. Здоровый, грубый, плохо воспитанный пустынный вождь вроде бы мало чем походил на шустрого мальчишку.

Как бы там ни было, но впереди, вместе с Груей, шел Халанбери. Следом за ним – Трикс и Тиана, а уже потом, сняв шлемы, пригладив бороды и закинув на плечи свои кирки, остальные гномихи.

Выглядело это не то почетным караулом, не то стражей, но Трикс для бодрости духа решил принять первый вариант.

Здание гномьего совета, несмотря на свою внушительность, снаружи выглядело очень просто, без излишеств. Зато внутри гномы постарались. Белый мраморный пол был инкрустирован мозаикой удивительно тонкой работы, на стенах поблескивали драгоценные камни, которыми на поверхности короли бы украшали свои короны, потолок покрывали барельефы тонкой резьбы, изображающие трудовые будни и ратные подвиги гномов.

Вдоль стен стояли сверкающие статуи из стали, бронзы и редких металлов – и эти статуи, сжимающие в руках кирки, провожали процессию внимательным взглядом стеклянных глаз. Трикс понял, что чуть ли не первым из людей видит знаменитых гномьих големов – механических слуг и воинов, способных в одиночку сразиться с целым войском.

Трикс, как и все люди, прекрасно знал, что гномы мастера в обращении с камнем, металлом и тонкой механикой. Но одно дело – знать, а другое – видеть собственными глазами. Печальная шутка «Насколько люди отстали от гномов? Навсегда!» всплыла в его голове.

Следующая мысль была еще тревожнее – единственным, что мешало гномам стать властелинами мира, была их неспособность к магии. И если народ искусных механиков и мастеровых научится еще и колдовать…

Голос Груи прервал его размышления.

– Гости с поверхности! – торжественно объявила гномиха, едва они вошли в зал Совета старейшин. Тут все было уж совсем роскошно – от драгоценностей, скульптур, мозаик, инкрустаций, витражей, барельефов, горельефов и койланоглифов рябило в глазах.

Мебель – от великолепного трона, на котором восседал, очевидно, самый главный гном, и до скромной табуреточки, на которой примостился один из старейшин, покрывали маркетри и интарсии. В зале были даже огромные окна, через которые и лился внутрь свет – на первый взгляд он казался солнечным!

Гномов в Совете было семеро – видимо, это число у гномов, как и у людей, считалось особенным. У гнома, восседавшего на троне, борода спускалась до пола и была уложена у ног кольцами.