Ее это жутко бесило, и Глеб делал все возможное, чтобы позлить маленькую демонессу еще сильнее. Он смеялся над ней, называя будущей женой, нагло отваживал от нее многочисленных поклонников, и флиртовал в ее обществе со всеми попадающимися на глаза представительницами женского пола.

И все это ради того, чтобы увидеть, как ее голубые, миндалевидные глаза заволакивает чернотой, в глубине которой начинали плясать огненные искры.

Только эти искры, пусть и на краткий миг, могли прогнать тьму, что жила в нем вот уже три с половиной года, и никуда не собиралась исчезать.

– Милый, тебе нравится? – девушка уперлась ладонями в его плечи, а коленом в диван.

– Очень, – широкая улыбка на его губах совершенно не вязалась с холодным блеском в глазах, – будь умницей, замри вот в этой позе.

Девушка недоумевающе сдвинула брови.

Какой-то странный клиент ей попался. Красивый, улыбчивый, при деньгах, но вот пойди угадай, что у него в голове? Взгляд как у маньяка, готового в любую секунду снести тебе голову, достать из кармана белый платочек, вытереть им с лица капли крови и, как ни в чем не бывало, уйти по своим делам.

Пока она мысленно ставила ему диагноз, Елагин поднял телефон и сфотографировал ее.

– Эй, мы об этом не договаривались!

– Расслабься, я доплачу, – Глеб вытащил из кармана бумажник и запихал ей за тоненькую резинку трусиков несколько хрустящих купюр, – продолжай.

Девушка занялась пуговицами на его рубашке, пока он набирал новое сообщение, прилагая к нему фото.

«Мое свидание в разы веселее».

«Надеюсь она снимет с тебя скальп своими двадцатисантиметровыми каблуками».

Откинув голову, он громко расхохотался.

Ну все, скука развеялась, и можно закончить эту ночь приятным бонусом. Но только он об этом подумал, как в руке завибрировал телефон. На экране высветилось имя – «Бабуля».

Ксения бесилась, когда он ее так называл, а Глеб питался этой злостью, как лампочка электричеством. Если раньше она думала слепить из него продолжателя своего дела, то сейчас простилась с этими мыслями навсегда.

Более неуправляемого, непредсказуемого и неорганизованного человека было не найти. Не помогали ни мирные увещевания, ни запугивания. Елагин делал что хотел и только тогда, когда он этого хотел.

Он понимал, что не за горами тот день, когда Ксения попытается его слить, и надеялся, что к тому времени, узнает все тайны Черного ковена. А узнав, найдет способ продать их подороже.