– Адриан, это очень красиво. И очень дорого. И невероятно приятно, но…

– Тебе не нравится, – жестко отрезает мужчина, закрывая коробку с выразительным хлопком, что звучит разрушительным громом, вновь разделяющим нас. Хотя нас и ничего не сближало по-настоящему.

– Мне нравится, очень! – спешу возразить я, обхватывая его запястье и ощущаю, как бугрятся и пульсируют вены под его кожей, выдавая агрессивный настрой. – Просто не могу отделаться от чувства, что я какая-то шлюха, которая заслужила подарок…за заслуги в постели. Это унизительно, Адриан. Для меня – да.

Пойми меня… – реакция на мою реплику вполне предсказуема – судя по тому, как начинают раздуваться его ноздри, Адриан на грани того, чтобы вновь припечатать меня к стенке и наказать в своем стиле, предварительно отодрав кожаным ремнем по заднице.

– Ты только моя девочка или моя шлюха, кто из двух – ты выбираешь сама. Своими мыслями и словами, – непоколебимым голосом прерывает мое возмущение Батлер.

– Я не твоя девочка. У нас контракт. Шлюхи спят за деньги, я называю вещи своими именами, как бы горько это ни было. И ты не мой мужчина, Адриан, – напоминаю я очевидные вещи, которые, я думала, что он понимает.

Я не просила подарков, внимания и ласки. Я не просила всего этого и я не хочу, чтобы что-то большее было между нами, потому что это мешает мне сосредоточиться на главной цели – кресле Адриана, поиску компромата на него и уничтожению Батлера. Все это отвлекает мое внимание от мести, заставляя отказываться или откладывать свой хитрый план по его свержению с трона «Эталон Групп».

Адриан обхватывает мое запястье и рывком тянет на себя. Столкнув нас лбами, мужчина рычит, сквозь стиснутые губы, не опуская взгляда:

– Скажи, что я твой, детка.

Я твой мужчина. Быстро, – морально давит проклятый деспот, чересчур сильно сжимая мой затылок. Адриан перегибает палку и не рассчитывает свою силу, причиняя мне боль. Я слышу звон бурно циркулирующей крови, приливающей к лицу и вискам. В груди полыхает так, что дышать больно. Наши губы в считанном сантиметре друг от друга.

– Ты мой, Адриан. Только мой, пока не истечет время контракта, – притворно нежно выдыхаю я, испытывая на самом деле при этом шторм ненависти, распарывающий грудную клетку изнутри.

Никому не нравится, когда его волю ломают. Меня, как сильную женщину, это чертовски раздражает и, несомненно, Адриан это чувствует, но сейчас он согласен принять мою притворную ласку за чистую монету. – И ты делаешь мне больно.

Он ослабляет хватку, медленно и сладко обводя большим пальцем контур моих губ, надавливая на нижнюю. Требовательно, властно. Каждый его жест, даже самый плавный и незначительный – это попытка подавить, поглотить и подмять меня под себя.