Кое где даже порхали бабочки!

Сам дом выглядел так, будто я открыла поглядеть фотки английских особняков в интернете. Только вот всё было реальностью. Белый фасад, голубовато-серая крыша, роскошь в каждой детали.

Атмосфера в целом была довольно шикарная. И я в неё мало вписывалась. От этого меня охватила тревога. В который раз показалось, что я взвалила на себя задачу не по плечу.

Но с другой стороны, кто, если не я?

– Прошу вас, – мне открыли резную дверь особняка.

Я набралась храбрости и шагнула внутрь.

Стены огроменной прихожей были обшиты деревом, расписанном разными узорами и картинами.

Мебель была антикварной и сразу видно – супер дорогой.

В угле стояла даже зонтница. Как по мне, иметь зонтницу – это уже перебор, но вряд ли моё мнение волновало таких, как Мэллори. А может я просто была слишком простовата для подобной дребедени. Что с меня взять – девчонка из московского пригорода в прошлом, нищая аристократка, на которой куча обязательств, в настоящем.

– Желаете воды, сока, чего-нибудь покрепче? – Джозеф встал передо мной с идеально ровной спиной и дежурной улыбкой.

– Скажите. Господин Мэллори… где он? – я повертела головой.

Дверей было много, и где там прятался сосед было непонятно.

– У него важная встреча, которая закончится с минуты на минуту.

Я посмотрела на висящие на стене часы.

Точно. Мне же было назначено на шестнадцать пятнадцать. А сейчас было ровно шестнадцать ноль ноль.

Как же строго Господин Мэллори следует расписанию… мамочки. Точно какой-то чудик. Стало ещё не комфортнее. Я почувствовала себя грубоватой, неподходящей к обстановке и всему этому великолепию в целом.

Это место будто пропиталась всем тем, что было мне незнакомо, и чего я так опасалась – богатством и надменностью драконьей аристократии.

– Знаете, я бы подождала возле кабинета Господина Мэллори.

– Прошу, – Джозеф указал на лестницу.

По багровой узорчатой дорожке мы поднялись на второй этаж.

Меня усадили на бежевый диванчик, напротив одной из дверей. Видимо, кабинет был там. Но ни звука не было слышно. Может оно и к лучшему?

Меня начала одолевать нервозность перед важнейшей встречей.

Мой провожатый удалился, но вернулся буквально спустя минуту. Он нёс серебряный поднос с какими-то бумажками.

– Что это там у вас? – с ленивым любопытством поинтересовалась я.

– Корреспонденция и пара газет, – невозмутимо отчитался Джозеф. – По средам Господин Мэллори получает прессу за неделю, если нет ничего особо важного."

"Офигеть. Даже чтение новостей по расписанию. Мне показалось, что у Мэллори вся жизнь расписана по часам. Он вообще развлекается? Если и да, наверняка вносит тусовки в своё расписание.

Я снова бросила взгляд на поднос. И вдруг заметила ЕЁ! Проклятущую листовку, которую недавно раскидали Милли и Аарон.