А вы, как мне видится, владелица этого всего безобразия?

Что себе позволяет этот колобок?!

– Безобразие это то, что вы врываетесь в «Драконье сердце» без спроса, пугаете прислугу и ходите здесь так, будто у вас есть на это все права! – процедила я.

Интересно, что ему нужно? Мы ничего не нарушали. Документы на перепланировку согласованы, мистер Коллинз лично всё проверил, да и мне подписали в местной мэрии без вопросов.

Гальденумберс-Колобок ехидно улыбнулся, а затем выудил из кипы бумаг, которую держал подмышкой, какой-то лист.

– Я ну-ка идите сюды-м, леди Райдер, – поманил он меня пухлым пальцем с массивным кольцом.

– Эванс, – поправила я его, но, решив всё же не артачиться и всё выяснить, подошла к наглому чинушке.

– Смотрите, – улыбнулся он, снова противно облизав губы. – Здесь указано, что поступила жалоба в Инспекцию по надзору за объектами недвижимости, что вы решили переквалифицировать жилое помещение в нежилое. Мы сюда приходим, и-и-и… что же мы видим?

Мистер Колобок посмотрел на меня в ожидании, видимо, думая, что я продолжу фразу за ним.

– Э-м, ремонт? – предположила я, не понимая его намёков.

"– Следы преступления! – взвыл толстяк так пронзительно, что я отшатнулась от него.

– Дебил, – тихонько пробормотал Персивальд себе под нос.

Но в комнате стояла такая звенящая тишина, что мы всё услышали.

– Кхе, кхе, – прокашлялся инспектор, недовольно покосившись на старика.

– Какое такое преступление? – возмутилась я. – У меня все документы в порядке. Ждите здесь.

Я быстро метнулась к сейфу, который стоял в моей комнате, и вытащила бумаги, а затем показала их Колобку.

Он принялся пробегать их глазами, мрачнея с каждой секундой.

– Несостыковка. Жалоба есть, но документы в норме... – пробормотал он.

Фух. Аж от сердца отлегло.

– Отсюда следует, что документы поддельные! – поднял палец в верх толстяк.

Клерки дружно закивали, подтверждая слова своего начальника.

– Что за баранья логика? – не сдержалась я. – И что за жалоба такая, которой вы верите больше, чем бумагам, заверенным у компетентных органов? Кто посмел жаловаться?

– А это, милочка, вас не касается, – высокомерно ответил Гальденумберс, инстинктивно прижимая к себе бумаги.

Ага.

– Дайте посмотреть, – я протянула руку, требуя документы.

– Ещё чего! Вот же наглая особа! Никакого уважения к представителям власти. Мы прикрываем вас. Запрещаем ремонт до… м-м… конца лета! Ваших рабочих я уже выгнал. Будем проводить проверку и выясним, насколько ваши документы соответствуют реальному положению вещей. Сдаётся мне, вы их подделали.

Выгнал моих рабочих?! Вот почему такая тишина.

А я ведь обещала Мэллори, что к концу лета клуб уже будет работать.