Очень скоро на экране, расположенном перед нами, появляется странное нечто, активно шевелящее руками и ногами.

- Это ваш ребенок, - поясняет улыбчивый доктор в очках. – Смотрите, какой активный, мамочке дискомфорт не доставляет?

- Нет, нет, - Мира тоже улыбается. – Только иногда упирается в ребра, но в целом все хорошо.

Продолжаем наблюдать за шевелением нашего малыша, и у меня в груди появляется такое сильное чувство, что даже не знаю, с чем сравнить. Я таких эмоций в жизни не испытывал, разве что к Мире… Но это другое. Вот она, оказывается, какая – любовь к своему ребенку. Всепоглощающая. Всеобъемлющая!

- Наш сын очень красивый, - тут же заявляю жене, крепче сжимая ее пальцы. – Ты посмотри, как он активно двигается. Будущий спортсмен, не иначе.

- Я тоже так думаю, - отвечает Мира. – Ты прямо озвучил мои мысли, Глеб!

Врач отчего-то серьезнеет, внимательнее смотрит на монитор, ведет аппаратом УЗИ по животу Миры в другом направлении. А потом вдруг спрашивает:

- Уважаемые будущие родители, а с чего вы решили, что у вас мальчик? Я никакой пипки не вижу. Посмотрите сами, между ног ничего нет.

- Как это нет? – мне хочется забрать у врача очки и протереть их, может быть, тогда он начнет лучше видеть. – Вон же между ног здоровенная такая палка.

- Это пуповина, - невозмутимо заявляет он.

- Девочка, значит? – спрашивает Мира потерянным голосом.

- Девочка, - кивает врач.

Из кабинета УЗИ мы выплываем в полной прострации.

Не хочу думать о плохом, тем более пугать Миру. Не в ее положении… Но в голову тут же лезут нехорошие мысли. Что, если это вообще не наш ребенок у нее в животе? У нас должен был быть мальчик, я специально отдельно об этом договаривался.

Впрочем, как только отходим в тихий уголок, Мира сама озвучивает мне мою же догадку:

- Глеб, а что если мне запихнули чужой биоматериал? По ошибке… Такое ведь бывает? А та клиника, в которую ты обратился за ЭКО, не внушает доверия, ты сам мне это сказал, когда перевел меня для наблюдения в другую, более респектабельную. К тому же у меня ведь не брали яйцеклетку традиционным способом…

- Как это не брали? – начинаю возмущаться. - Врач уверял, что взяли!

- Нет… Я много читала про эту тему, уж такую процедуру, как пункция яичников, я бы точно не забыла. Не брали! Если это не мальчик, которого тебе обещали, значит, мне могли вживить чужой плод. Получается, я ношу не нашего ребенка?

И тут она начинает плакать.

- Мира, успокойся, пожалуйста, - прошу ее. – Я решу этот вопрос, я узнаю, чей биоматериал тебе вживили, я найду биологических родителей, я…

- Не надо! – вдруг стонет она. – Глеб, если вдруг выяснится, что это не наш малыш, мы что должны будем его отдать? Я не смогу, Глеб! Он же во мне растет! Она… Пусть малыш не мой, но он все равно мой… наш…

Как ни странно, но ее последняя фраза мне очень понятна.