Оля, как нахохлившийся птенец, сунув руки в карманы куртки, смотрела на замерзшую реку и не знала, что дальше. Нужно же что-то дальше. Встать, дойти до остановки. Сесть на автобус. Доехать до вокзала. Пересесть на электричку — и домой. Или не домой. Загостилась. И снова одна. Всегда одна. Постоянно одна.

Черт подери, у нее ведь, кроме Машки, даже подруг не было. Как это получилось?

Борясь со слезами, которые так и норовили пролиться, Оля достала телефон. Вызвать такси, пусть поездка в Ирпень и влетит в копеечку с чертовыми столичными ценами.

Но вместо этого, сама не понимая зачем, набрала номер Басаргина. Не иначе потому, что он был последним, кто звонил ей.

Ей пришлось ждать, но, в конце концов, она услышала в трубке хриплый голос Дениса:

— Ты спал? — будто вынырнув из своей раковины, спросила она. Смена. Наверное, он из смены. — Прости, я не хотела будить. Досыпай!

Этот его вскрик удержал ее от того, чтобы сбросить. Она перевела дыхание, потерла пальцами свободной руки глаза и медленно проговорила:

— Я совсем одичала с этой сессией. На работу через три дня, да?

— Да, — подтвердил Дэн и уже совсем привычно поинтересовался: — Соскучилась?

«По тебе или по работе?» — чуть не сорвалось с губ.

Не сорвалось. Оля смотрела прямо перед собой на Днепр. Кажется, для полного счастья еще и дождь начинался. Который, возможно, позднее превратится в снег. Она глубоко втянула носом воздух и на выдохе произнесла:

— Что случилось? — повторил свой вопрос Басаргин.

— Можешь меня забрать? Я приехала. Наглость, конечно, выгонять человека из-под одеяла.

В трубке послышалось шуршание, прервавшееся человеческим голосом.

— Ты на вокзале? — проигнорировав замечание о наглости, спросил Денис.

— Нет, на Оболони… на набережной, знаешь, где высотки?

— У тебя все нормально? Оль!

— У меня всегда все нормально.

— Да кто ж спорит! — проворчал Дэн. — Именно поэтому ты одна торчишь на Оболони, да?

— Ты приедешь? — ее голос неожиданно задрожал. Она не хотела этого — само сорвалось.

— Да. Я постараюсь быстро. К дороге куда-нибудь выйдешь?

— Давай к «Сельпо». Мне туда ближе, чем до остановки.

— Хорошо.

Я буду подъезжать — наберу. Не вздумай уйти!

Отключившись, Басаргин на несколько мгновений застыл посреди комнаты, по которой кружил во время разговора, доставая джинсы и свитер. В голове не укладывалось, что можно делать с утра пораньше на Оболони, приехав из Харькова!

Душ не помог привести мысли в порядок. Одно Денис знал точно: что-то случилось. Понял сразу, едва спросонок разглядел ее имя на экране телефона. Случилось что-то, что заставило Олю позвонить самой. Позвонить ему.